Здравствуйте, уважаемые глубокоуважаемые многоуважаемые дорогие авторы сайта, художник-маринист Соколов, а также любимые его читатели!

Это очень важное объявление, и я прошу вас внимательно его прочитать, подумать и прокомментировать.

Мною достигнута принципиальная договорённость с издательством АСТ об издании сборника рассказов нашего сайта в виде бумажной книги.

Для того, чтоб этот первый (я надеюсь) блин не вышел комом, авторам этого проекта нужно заранее обговорить и решить ряд вопросов, сейчас изложу их суть.  Подробнее...

Иногда мне кажется, что мои дети что-то скрывают. Вот и сегодня, когда я проходила мимо комнаты дочери, я увидела их, сидящих на диване. Заметила склоненные друг к другу светловолосые головы. Лика шептала что-то на ухо своему брату, и вдруг, заметив меня, улыбнулась, обнажив ровные белые зубки.

- Да, мамуля

Но могу поклясться, что за секунду до улыбки я видела злость в ее глазах. И еще какое-то чувство… Жалость? Но с чего бы моей дочери жалеть меня?

Конечно, я списала все на усталость, на нервы. И Лике двенадцать лет, уже подросток. Они становятся колючими в этом возрасте. Может быть, во взгляде действительно была злость, ведь я вторглась на ее территорию, нарушила границы. Но что она нашептывала ему? Почему в движении губ так явственно слышалось слово «молчи»?

Максим пришел на кухню, когда я готовила ужин. Пристроился рядом на стул, набрал пригоршню луковой шелухи, стал крошить ее в пальцах.

Comments

Уважаемые читатели!

Рады вам сообщить

о выходе новой книги Анны Платуновой "Воображаемый друг".

Благородные контрабандисты, таинственные пришельцы, прекрасные незнакомки и опасные приключения. Рассказы этого сборника объединены темой космоса. Книга для тех, кто немного заскучал на этой Земле.

 

Купить...

 

Comments

… Но страсть и волю мне уже стремила,
Как если колесу дан ровный ход,
Любовь, что движет солнце и светила.

Каждый день, возвращаясь домой из школы, она шла так медленно, как только могла. Дорога была знакома до мельчайших подробностей, и если бы она закрыла глаза, то, кажется, продолжила бы видеть даже сквозь закрытые веки и эти пучки пожухшей прошлогодней травы, выглянувшей на поверхность после того, как снег почернел под лучами неяркого, но усердного солнца, и стены гаражей с облупившейся краской, и ряды колючей проволоки, отделяющей дорогу от территории ПТУ. По ту сторону валялись огромные катушки, с намотанными на них проводами, ящики, стрела крана лежала на боку, и никто никогда не стремился установить ее ровно.
Она шла, не поднимая головы от дороги, глядя на носки своих стареньких коричневых ботинок, которые ступали в грязь, но даже не задумывалась о том, что пачкает их, и мама, уставшая после работы, снова будет ее ругать и попросит вымыть обувь. Но обувь никто не вымоет ни в этот день, ни в следующий, потому что мама устала, бабушка болеет, а самой Кате все равно.
Она шла и шептала, как заклинание: "Пусть меня ждет дома нечто чудесное! Пожалуйста, пожалуйста!!"

Comments

- Выставляю время. Насколько отмотать?
- Выставляй утро дня Х.
- Не мало? Обычно два — три дня нужно, чтобы произошло слияние. Не успеет проникнуться…
- Да ведь не в первый раз уже. Хочется до обеда успеть. Мне все это уже оскомину набило.
- Согласен. Значит, утро дня Х.
+++++
Марина открыла глаза оттого, что зазвонил будильник. Нет, «зазвонил» неправильное слово – будильник вопил дурным петушиным голосом так, словно хозяйка петуха пыталась освежевать его заживо. Марина ткнула в большую красную кнопку на экране телефона, заставляя петуха замолчать.

Comments

За барной стойкой сидел молодой мужчина. Он был угрюм, черноволос и одет в засаленный комбинезон. Длинные волосы собраны в неаккуратный хвостик, несколько прядок выбились из него и свисали на глаза грязными сосульками. Он сжимал в руке стакан с сероватой жидкостью и буравил  остекленевшим взглядом стену перед собой. Бармен на всякий случай не пересекал невидимую линию, проведенную между глазами посетителя и точкой на стене. Другие завсегдатаи бара держались на почтительном расстоянии, не сговариваясь, образовав вокруг мужчины пустоту радиусом два метра.
- Повтори, - хрипло обратился мужчина, а звали его Арт, к бармену, опрокинув в рот последние капли.
Бармен наполнил стакан и поскорее исчез из поля зрения угрюмого посетителя. Но перед тем как отойти, он с ужасом покосился за спину Арта и часто-часто заморгал. Все дело в том, что сзади к Арту подошел парень и даже, вот ужас, панибратски похлопал того по плечу.

Comments

Арт протер запотевшее зеркало ладонью и всмотрелся в отражение. Все могло быть гораздо хуже. Хотя и то, что имелось на данный момент восторга не вызывало: глаз заплыл, на левой щеке ссадина. Было недальновидно пытаться вступить в потасовку с вышибалой той сомнительной забегаловки. Недальновидно и бесперспективно: вышибала был роботом устаревшей модели, списанным за ненадобностью с военного корабля, но еще не окончательно растерявшим боевой дух. Однако, Арт на тот момент не мог рассуждать здраво: в кровь впиталась пятая порция местного пойла, не имеющего названия: вонючего, крепкого и валящего с ног. Правда, последняя опция включилась как нельзя не кстати, в тот момент, когда Арт и вышибала вцепились друг в друга, как борцы сумо, пытающиеся вытеснить противника за границы круга, а в данном случае за дверь. Арт, как ни горько это было признавать, проиграл.
Теперь он сурово смотрел на себя в зеркало. Глупо было так напиваться. Но на это была причина. Через две недели вносить плату за обучению Вюоры в частной школе на Каррелии. Двадцать тысяч. У него на данный момент было пять. Стоп, после вчерашних возлияний осталось…Арт взглянул на дисплей мульти-чипа.

Comments

Арт шел по коридору, держа в руке карту. Обыкновенную, напечатанную на бумаге, потрепанную на сгибах карту. На планете этой он был впервые и уже успел понять, почему в народе ее прозвали Кротовой норой. На поверхности планеты днем и ночью бушевали пыльные бури, поэтому города располагались под землей. 
Городок, где была назначена встреча с заказчиком, был мал: десяток уровней вниз, несколько километров в стороны. Городок, как и все другие поселения на Кротовой норе, возник с одной лишь целью: переработка эмпериума – редкой руды, наибольшее скопление которой было обнаружено на этой негостеприимной планете. 

Comments

Я умерла, когда мне исполнилось шестнадцать лет. Нет, не в сам день рождения, чуть позже. Хотя праздник не получился таким веселым, каким я представляла его еще год назад. Родителям разрешили пронести в больничную палату маленький торт со свечкой. Съесть мне его было нельзя, поэтому я только задула свечку и загадала то, о чем думала вот уже много дней. Я даже произнесла свое желание вслух, хотя, говорят, делать этого нельзя, иначе оно не исполнится. Но мне было все равно – мои желания никогда не исполнялись:
- Я просто хочу уснуть, - сказала я, - а проснуться здоровой. Пусть даже и придется проспать сто лет, как спящей красавице. 
Я увидела, как переглянулись родители – удивленно и смущенно, словно я разгадала какую-то их тайну.

Comments

- Подсудимый номер 178643! Встаньте для оглашения приговора! – взгляд ясных синих глаз был холоден и строг. - Мое имя Эгригиос! – воспротивился сидящий напротив юноша. Его руки чисто символически были закованы в тонкие цепи, на первый взгляд их мог разорвать даже ребенок. Но подсудимый 178643 цепи не рвал, хотя и вставать для оглашения приговора тоже не собирался.

Comments

История эта произошла давным-давно, в далеком-далеком королевстве. Там, в высокой башне, скрытой ото всех глаз непроходимой чащей жили брат и сестра. Вход в башню был запечатан много лет назад, когда близнецов принесли сюда и оставили навсегда. Вместе с детьми в башне были заперты старая нянечка, которая должна была ухаживать за малютками, растить их и любить, готовить и стирать, и учитель всех наук. Он первые годы, пока дети были слишком малы, чтобы учиться читать и писать, очень скучал и даже написал книгу, длинную и печальную, которая называлась «Жизнь взаперти». Учителю было грустно от того, что книгу никто и никогда не прочтет, ведь он был заперт в этой башне вместе с ней на всю оставшуюся жизнь. 

Comments