- Вот оно! – Катя отвернулась от экрана компьютера и даже хлопнула в ладони от восторга. – Нашла! Район хороший, трехкомнатная и совсем не дорого!
- Да? – Антон недоверчиво покачал головой. – Значит, здесь есть какой-то подвох! Или соседи – алкаши, или … 
Катя сжала губы, и Антон понял, что лучше не продолжать – она уже все решила за них обоих. Поэтому он только пожал плечами, соглашаясь. Спорить, как он уже понял за десять лет совместной жизни, было себе дороже.     Переехали они через неделю. Квартира, а вернее пристрой к обычному пятиэтажному панельному дому, действительно была хороша: просторная, двухуровневая: внизу располагалась кухня и ванная комната, наверху спальня, зал и детская. 

- Только сыростью пахнет, - сказала Катя, морща нос. Не понятно было к кому она обращается: то ли к хозяйке, пожилой молчаливой женщине в темной одежде, то ли к мужу. Антон сделал вид, что не услышал. Во всяком случае, Катя  сама этого хотела, разве нет?
- Отопление включат и стены прогреются, - ответила хозяйка. Говорила она так тихо, словно обращалась не к будущим квартиросъемщикам, а сама к себе. – Вам здесь будет хорошо.
Заехали. В первый день, разбирая вещи, устали так, что не было сил даже на ужин. Детей накормили яичницей, утолкали спать, и сами рухнули на кровать, намереваясь встать завтра неприлично поздно.    Ночью в стену, граничащую с соседней квартирой, осторожно и даже как будто нерешительно постучали. 
Катя открыла глаза, прислушиваясь и думая, что стук был лишь частью сна. Но едва она снова задремала, стук повторился, и Катя тронула мужа за руку:
- К нам стучали? – спросила она так, словно Антон должен был знать ответ на этот вопрос.
- Спи, - ответил он, - это ветер, или вода в трубах. Ерунда.
Следующий утром на кухне их ожидал неприятный сюрприз: посуда, которую они, не помыв, просто сложили стопкой в раковину, покрылась странными зеленоватыми пятнами. Младшая дочь брезгливо прикоснулась к одному из них пальчиком и тут же вытерла его о  край пижамы.
- Фу! - сказала она. – Мама, что это?
- Плесень, кажется… - растеряно пробормотала молодая женщина, обернувшись за поддержкой к мужу. – Плесень, да?
В ответ на безобидный вопрос Антон вдруг взорвался:
- Ты ведь так хотела эту квартиру! Хотела, да? Слушать меня не хотела! Ну, так и не спрашивай теперь!
Он оделся и ушел, не сказав куда. Катя села на диван, обняв маленькую Настю. Миша, которому было уже девять, не заметил ссоры, он занимался обустройством своей новой комнаты. На улице шел дождь, и запах сырости ощущался еще острее, чем прежде.
     Антон пришел поздно вечером, когда Катя, уложив детей, уже и сама легла. Она сделала вид, что спит, не хотела разговаривать, ее мучила то ли обида, то ли чувство вины. 
Ночью Катя услышала, что кто-то из детей пошел вниз, вспомнила о лестнице с крутыми ступеньками и побежала догонять, чтобы включить свет. Не дай бог споткнется, упадет. Но когда она щелкнула выключателем, и электрический свет залил коридор и кухню, Катя увидела, что стоит совершенно одна, и на лестнице, кроме нее, никого нет. Она потерла лоб, вернулась и тихонько заглянула в детскую. Миша спал, широко раскинув руки, на подушке рядом с ним стояла модель танка. Настя, напротив, свернулась в комочек под одеялом, наружу выглядывали лишь ее маленькие ножки.
Катя вернулась в свою комнату, тронула Антона за плечо, но он недовольно дернул им, не открывая глаз, и она не стала его будить.
Утром плесень обнаружилась на кухонном столе, на полотенце и на дверях ванной комнаты. «Я больше не хочу здесь жить!» - хотела закричать Катя, но посмотрела на хмурое лицо мужа и сдержалась.
Утром Антон ушел на работу, а Катя собралась пополнить запасы в холодильнике: она еще в первый день заметила на противоположной стороне улицы сетевой продуктовый магазин и порадовалась тому факту, что за продуктами не придется ходить далеко. Но сейчас эта радость значительно померкла в свете последних событий.
- Я быстро, ведите себя хорошо! – крикнула Катя, задержавшись у двери на секунду.
- Хорошо! – хором ответили дети, на секунду прекращая шумную игру. Молодая женщина невольно улыбнулась: вот уж кто нисколько не переживает по поводу переезда.
Возвратилась она только через час, нагруженная двумя пакетами. Катя давно уже зарекалась ходить в сетевые продуктовые магазины без списка: хочешь купить хлеб да сахар, а в итоге тележка наполняется всем чем угодно, но только не тем, что планировалось купить. 
Она почти дошла до дома, но тяжелые пакеты так тянули руки, что Катя присела передохнуть на лавочку. Катя погрузилась в свои мысли и вздрогнула от того, что кто-то коснулся ее руки. 
- Я ваша соседка, - рядом стояла женщина, она примирительно подняла руки, - Простите, что испугала.
- Ничего.
Женщина присела рядом, избегая Катиного взгляда. Однако сама время от времени поглядывала на нее, словно хотела заговорить, но не решалась.
- Знаете, - вдруг, без предисловий, начала она, - плохое это место. Очень плохое?
- Плохое?
- Вы извините, что вмешиваюсь. Но… Хозяйка, что квартиру сдала, ничего вам не говорила?
- Нет. А что она должна была сказать?
Соседка вздохнула, помолчала, она явно хотела рассказать о чем-то Кате, и, наконец, решилась:
- Только не говорите ей, что я рассказала. Семья ее там погибла… Страшной, загадочной смертью. Все умерли. Дочь, зять, внук… Жуткая история.
Катя отчего-то в первый момент не испугалась, может быть  потому, что звучало все это несколько сюрреалистично. Так бывает в триллерах, а в ее обычной, расписанной на год вперед жизни, такого быть просто не могло. 
Соседку, однако, не интересовали Катины сомнения на этот счет. Она продолжала рассказ:
- Причем, и пожить-то они тут не успели толком. Две недели прошло после новоселья. Я и познакомиться толком не успела, и вот… такое несчастье… Нашли их того… Этого… Потом уже слухи дошли, что зять с ума сошел, ну и… Пойду я, - внезапно закончила она разговор, поднимаясь со скамейки. 
Катя в ответ только качнула головой. Ее догнала волна ужаса от понимания того, что в этой жуткой квартире ей придется ночевать еще одну ночь, потому что дольше, чем на сутки она здесь не задержится! А Антон…  Антон… Он должен понять!
В квартире было непривычно тихо. 
- Настя! Миша! – крикнула Катя, стараясь не поддаваться панике. 
- Мы здесь, мамуля! – ответила Настя. – Мы здесь. Играем с гномиками!
У Кати отлегло от сердца. Она присела в прихожей, чувствую, как навалилась усталость. Сдернула с шеи шарфик.
- Играете в гномиков? – переспросила она, улыбка тронула ее губы.
- Нет, мам. С гномиками! Они вылезли из шкафа. Такие маленькие, забавные! – отозвался Миша.
Катя не помнила, как преодолела те ступеньки, что отделяли ее от верхнего этажа. Она ворвалась в спальню к детям и увидела, что те сидят на полу, на ковре разложены какие-то лоскутки, кукольная посуда. Гномиков не было.
- Мам, ты их спугнула! – сказала Настя с укоризной.
Катя не помнила, как дождалась конца дня. Конечно, первым делом позвонила Антону, он был на совещании, и по голосу было понятно, что слушает ее вполуха, однако, истерические нотки в голосе жены убедили его, что дело серьезное.
- Ладно, ладно. Не совсем понял в чем дело, вечером мне все расскажешь.  Хотя,  с самого начало было ясно, что надолго мы здесь не задержимся… Ищи квартиру, пакуй потихоньку вещи. Завтра съедем.
- Спасибо, радость моя! – Катя даже разревелась от облегчения и подумала о том, что муж ей все-таки очень хороший достался.
- Дети, завтра переезжаем! – сообщила она вслух.
     За окном постепенно стемнело. Катя, уставшая от переживаний, от новых сборов, прикорнула на диванчике в ожидании Антона. Дети играли и тихонько переговаривались в своей комнате.
Проснулась она внезапно, как от толчка. Голова ужасно болела, во рту пересохло. «Нет, пора заканчивать с этими переездами. Так и до неврологии недалеко!» - поругала себя девушка. Она встала и спустилась на кухню попить воды. Воздух кухни, казалось, пропитался запахом плесени. Катя брезгливо заглянула в кувшин, но пить не стала: ей чудилось, что плесень есть даже в воде.
И вдруг она  услышала, что кто-то спускается по ступенькам… 
- Настя, уже спать… - начала она и осеклась.
По ступенькам медленно шли к ней навстречу два существа. Черты их лиц расплывались, но лица были чудовищны, а маленькие тела безобразны. Они шли молчаливо, и тянули руки. Руки с длинными, узловатыми пальцами. Все ближе…
Катя задохнулась от ужаса. «Гномики… Гномики…» - стучало в голове. Не осознавая, что делает, и только пытаясь защитить себя и своих детей от этого ужаса, Катя принялась шарить рукой позади себя: рядом с кувшином на подставке стояли кухонные ножи. Наконец, она ощутила под ладонью рукоять и схватилась за нее отчаянно, выставила нож вперед.
- Прочь! – закричала она.
Последнее, что она помнила, это то, что чья-то крепкая, жесткая рука перехватила ей запястье, выбивая нож. Нож печально звякнул, падая на пол, и девушка потеряла сознание.
… Антон стоял над потерявшей сознание женой, нож валялся у его ног. Настя и Миша испуганно прижались к нему сзади.
- Пап, что это с мамой? – спросил Миша. – Мы спускались на кухню, попить. А она как закричит, и ножик схватит. Я боюсь…
- И я… - маленькая Настя заплакала.
- Все хорошо, дети! Все хорошо! – Антон потер виски, ясность рассудка уже почти к нему вернулась. – Все будет хорошо.
Он вытащил телефон и вызвал скорую.

- Вы слышали о спорынье? – спросил врач, участливо наклонившись к уставшему, небритому молодому человеку.
Антон качнул головой, но вспомнив что-то, кивнул.
- Так, в общем…Это грибок, паразитирующий на злаках? Причем здесь это?
- А вы знали, что спорынья лежит в основе изобретения ЛСД – сильнейшего и мощнейшего галлюциногена?
- Да… Кажется, слышал. Но как это связано с моей женой?
- Команда эпидемиологов обследовала вашу квартиру и установила, что повышенная влажность и, возможно, еще какие-то факторы привели к тому, что там развилась крайне опасная плесень по составу схожая со спорыньей. Ваша семья, пока вы были вне дома, в относительной безопасности…
- Я работал! – перебил Антон, внезапно охрипшим голосом.
- Да, да.. Так вот. Ваша семья вдыхала эту плесень, поглощала ее с водой и пищей. Ничего удивительного, что очень скоро у них начались галлюцинации. Относительно безопасные и даже приятные у детей, которые видели гномиков, пришедших поиграть с ними. И невообразимо жуткие у вашей жены, сознание которой и так было подорвано переживаниями по поводу гибели семьи, ранее проживающей в этой квартире. Вот, кстати, и это дело прояснилось… Мда… Такого за всю мою медицинскую практику еще не встречалось…
- Но… Катя… Моя жена… Она поправится? – Антон сглотнул.
- Конечно! Даже не сомневайтесь! Уже завтра токсины выведутся из организма, и будет, как новенькая! И, кстати, подышите-ка новое жилье! Только в следующий раз не гонитесь за дешевизной!
Парень усмехнулся невесело, кивнул и вышел из кабинета.

Facebook Google Bookmarks Twitter LinkedIn ВКонтакте LiveJournal Мой мир Я.ру Одноклассники Liveinternet

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.