(Часть 1 здесь).

    Итак, в 7.30 я вместе с Германом был на месте стоянки катера – в устье речки, впадающей в водохранилище рядом с местным райцентром, в 5 км от базы-поместья. Катер уже был спущен силами Германа и помощников на воду и пришвартован у небольшого причала. «Расконсервация» - слишком громко сказано, нам предстояло проверить и привести в норму уровни технических жидкостей, завести двигатель, убедиться, что все системы работают нормально, проверить (по возможности), нет ли течи в трюме, и отправить Германа в первый короткий перегон на 5 км до базы.

    Все, на удивление, началось удачно - уровень масла был в норме, двигатель завелся, как будто его заглушили только вчера, а не полгода назад. Перегреваться он тоже не собирался (впрочем, делать об этом точный вывод стоило после хотя бы краткого пребывания на полном ходу). Реверс включался плавно, штуртрос не заедал, я даже немного расслабился (ой не всегда так гладко все складывалось у нас с Германом, ой не всегда).

    Время терять мы не стали, Герман отчалил, а я сел обратно в машину и поехал на базу, чтобы уже там, забрав все необходимое и остальных пассажиров, выдвинуться в поход за невестой.

    Доехал, запарковался, поздоровался с пока еще немногочисленными помощниками по подготовке к торжеству. Герман уже был на месте. Сообщил, что ход немного тяжеловат по сравнению с прошлым годом, но, возможно, это только кажется, так как владел катером он недолго. Температура на крейсерском ходу была в норме, давление масла тоже. Нам оставалось произвести дозаправку (а это на воде делается не так просто, как на дороге).

    Посудите сами: осадка катера с подводными крыльями составляет около метра, поэтому к пологому берегу его вплотную не подтянешь. Причала у Германа нет, чтобы пришвартоваться и грузиться как белые люди. Приходится раздеваться до трусов, брать канистры с берега, заносить в воду, передавать Герману, он затаскивает их на катер и уже при помощи шланга переливает топливо в бак. Минут за 20 справились с этой задачей, в это время член нашего экипажа Ольга (перенесенная на борт на руках) сноровисто помыла палубу (она была затоптана еще с осени) – катер засверкал, как и подобало солидному прогулочному судну.

    Последним забрался Дима Большой – огромный вальяжный парень с весьма завышенным ЧСВ, впрочем, по-трезвому почти не проявляющимся. Он оказался свободен, тоже примчался из города ни свет ни заря, мы договорились, что он будет матросом и помощником на втором катере, который присоединится к нам перед шлюзованием. Этот процесс удобнее осуществлять вдвоем.

    Побросав в форпик груду спасжилетов (шлюзоваться без них не пустили бы) и аккуратно повесив на лобовое стекло плечики с костюмами (упакованными в целлофан), мы отчалили. Двигатель взревел, и мы попытались разогнаться.

    Но не тут-то было. Герман выжал полный газ, но катер, грузно задрав нос, пошел в переходном режиме, создавая огромную волну и даже не пытаясь выйти на крылья.
«Началось», - подумал я.
- Это об этом «тяжеловатом» ходе ты упомянул? – перекрикивая рокот мотора, обратился я к Герману.

- Ты что, я шел на крыльях в нормальном режиме, только была некоторая валкость на поворотах, - ответил Герман.
    Ясно было, что в таком состоянии ни о каком путешествии не могло быть и речи, мы не доползли бы до цели и к ночи.

    Герман сбросил обороты, включил нейтраль (мы отъехали всего метров на 300) и открыл моторный отсек. Нашему взгляду предстала пугающая любого моряка (и речника) картина – в отсеке плескалась забортная вода, почти доставая до уровня высоковольтных проводов системы зажигания.

- Сцуко, мы тонем! Давай короче к берегу! - крикнул Герман. Я метнулся за штурвал, врубил ход, положил руль на борт и одновременно дал газу. В голове пронеслось, что если не успеем дотащиться до отмели, прежде чем заглохнем от заливания свечей, то потом уныло и бесповоротно пойдем ко дну, ибо вплавь дотащить тонущий катер водоизмещением 1.3 тонны до берега представлялось маловероятным.

    Но все обошлось, лишь при развороте катер неприятно качнуло, вода в отсеке плеснулась, пара цилиндров дала сбой, но потом ход выровнялся и уже через несколько минут мы с облегчением ощутили касание крыльями песчаного дна. Я выключил ход и хотел глушить двигатель, когда Герман, пристально вглядываясь в темноту моторного отсека, вдруг крикнул «погоди!» Он чуть не по пояс засунулся туда, потом вынырнул с просветлевшим лицом.
- Я все понял! Сейчас все решим! – торжественно объявил он. – Глуши.

    Все нервно заулыбались друг другу в наступившей тишине (включая присутствующих на берегу, так как наш возврат не остался незамеченным). Вот что случилось.

    На автомобильных двигателях, конвертированных для использования на катерах, система охлаждения – двухконтурная. Вместо автомобильного радиатора (представляющего собой водовоздушный охладитель), используется водо-водяной холодильник (ВВХ) . (Надо же, есть что-то общее с ядерным реактором)). Внутренний контур замкнутый, а через внешний контур прокачивается забортная вода и выливается наружу, теплообмен происходит в ВВХ.

    Нам бы с Германом посмотреть на ту дырочку – течет ли обратка из ВВХ? Зачем же, мы видим, что температура двигателя в норме, охлаждение производится. Но забыл дружище Герман (а я вообще не догадался), что при подготовке судна к зиме, чтобы не разморозить ВВХ, он снял внутри отсека патрубок, ведущий к штуцеру выброса воды за борт, чтобы слить остатки прямо в трюм, и так оставил. Да, все сделал по инструкции, но весной начисто забыл об этом.

    И вот, когда мы заводим мотор, вода из наружного контура, охладив, как и положено, при помощи ВВХ жидкость из внутреннего контура (а значит, и двигатель), далее сливается прямо в трюм моторного отсека. И чем дольше мы едем, тем больше воды закачиваем внутрь судна. Производительность насоса приличная, и пока Герман гнал катер 5 км от места стоянки – он набрал, полагаю, до полутонны воды. Почему не заметил? После выхода на крылья сопротивление уменьшается, и судно идет на них даже с повышенной нагрузкой. Он только заметил, что ход «тяжеловат». Когда мы отчалили снова и пытались разогнаться, тоже добавили еще некоторое количество. Самым безопасным было бы заглушить двигатель, тогда поступление воды прекратилось бы.

    Что мы сделали? Герман надел патрубок куда следует, все затянул. К сожалению, помпы для осушения трюма на этих катерах не предусмотрено. Мы протянули длинный провод 220 вольт на катер с берега и подключили к нему погружной насос для скважин типа «Малыш», надели на его патрубок шланг пару метров длиной, направили за борт, а насос погрузили в трюмные воды. И, о чудо! Через 20 минут мы снова готовы к путешествию. А время неумолимо движется, звонит невеста, интересуется, шлюзуемся мы или нет…
    Нам хочется сказать, что да, уже почти, но тут наступает следующая напасть…

Продолжение (часть 3).

Facebook Google Bookmarks Twitter LinkedIn ВКонтакте LiveJournal Мой мир Я.ру Одноклассники Liveinternet

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.