После службы в Армии я четко знаю, что внешность человека обманчива. В армию я пришел долговязым долбоюношей, который людей пытался оценивать, что называется, по одёжке. То есть по каким-то внешним проявлениям и признакам.

Оказывается, человек это не только то, что открыто твоим глазам. Очень большую часть Человека составляет его личный огромный внутренний мир. В частности, силу духа человека, или отвагу, или настойчивость ты не сможешь рассмотреть, разглядывая цвет глаз, толщину мускулатуры или величину роста. Это внутренние, скрытые от постороннего взгляда характеристики. Рассмотреть их ты можешь только в поступках и, как правило, в сложной обстановке. Как говорится, на крутом переломе. Именно поэтому про старшего лейтенанта Рогачева я написал строки, которые пришли мне на мой неокрепший ум в первые минуты, как я увидел Рогачева. Это и «худощавый офицерик», и «женственное лицо», и «светлые кучеряшки волосиков». И будет ещё «на тоненьких ножках». Негоже так говорить про Боевого офицера. Написал я все эти слова для того, чтобы подчеркнуть контраст того, какие глупости я думал про человека и кем человек оказался, когда начался «крутой перелом». И человек принялся совершать поступки в этом крутом переломе.
     После Комбата Пудина, по старшинству, надобно рассказывать про моего командира роты. Но, Ротный в отпуске, поступки Ротного мы посмотреть не можем – далеко до него. А крутой перелом вот-вот напрыгнет на нас со всеми своими приколами и очень долго не будет нас отпускать. И буду я собственным хлебалом присутствовать при поступках командира взвода Старшего лейтенанта Рогачева. Много-много дней подряд. Поэтому по порядку и с мелкими подробностями. Чтобы подчеркнуть, как я ошибался, думая всякую хрень про этого Человека.
     После обеда старший лейтенант Рогачев построил во внутреннем дворике Второй взвод.
 - Тэкс. Сейчас будем знакомиться. – Рогачев раскрыл красную папку со штатным расписанием. - Я буду зачитывать фамилию, а вы будете отвечать и выходить перед строем.
 
Это Панджшер, Руха, но на снимке не Рогачев и не Второй взвод.
Снимок я бы назвал "Командир жжот!" То есть подъегоривает личный состав. Рогачев именно так и делал.
 
 - Герасимович. Снайпер. Мой личный снайпер.
 - Его в санчасть Замполит отправил.
 - А что с ним такое? – Рогачев поднял глаза от списка. - Перед операцией приступ острого шлангита? Ладно… Продолжаем… Джуманазаров, замкомвзвод.
 - Я. – Вперёд шагнул стоявший на правом фланге здоровенный киргиз с кривыми и толстыми, как у велосипедиста, ногами.
 - Норма-а-ально… - Рогачев оглядел сверху-вниз и снизу-вверх замкомвзвода. – На операциях будешь замыкать взвод. У тебя должность – замок. И ходить всегда будешь в замке. То есть в замыкании. Понял? Все больные, хромые, косые – всех ты будешь транспортировать вперёд. Хоть пинками, хоть на своём горбу. Здоровье у тебя как раз подходит. Да, и ты же – командир первого отделения. Встань в строй.
 - Данаев. Снайпер.
 - Я. - Вперёд шагнул Хасан. Широкоплечий туркмен с кривыми ногами и вывернутыми наружу коленями. Создавалось впечатление, что Хасан примеривается присесть на край стола. На щеке Хасана красовалась большая коричневая родинка. Размером с ноготь большого пальца.
 - Спорцмен? – Рогачев оглядел крепкую фигуру Хасана.
 - Мастэр спорт па барба.
 - Хор-ро-шо. – Рогачев кивком головы отправил Хасана обратно в строй.
 - Султанов. Гранатометчик.
 - Я. Из строя на шаг вышел Азамат в ярко-зелёных штанах. Наголо обритый, с большим носом и очень смуглой кожей.
 - Свой противотанковый гранатомёт сдашь старшине. – Рогачев поднял взгляд на весь взвод. – И все остальные гранатометчики тоже. Сдадите все свои шайтан-труба. Вы уже полгода служите в горно-стрелковом батальоне. Поэтому противотанковые гранатомёты вам не нужны. Танки по горам хуёво ездят. Поэтому получите противопехотные подствольные ПГ-25. Они будут у вас на автомате висеть под стволом.
 - Ульянов. Пулемётчик.
 - Я. – Из строя вышел маленький, щуплый боец. Лицом и фигурой он был похож на маленькую обрюзгшую старушку. Потрёпанное х-б висело на нём мешком. Из воротника выглядывала тоненькая шея, серая от давнего неумывания.
 - Ой, ты, Господи! – Рогачев переместился, пытаясь оглядеть бойца со спины. – Ой, ты чудо-то какое! И откуда ж тебя такого в армию призвали?
 - Из Ленинградского Института киноинженеров. – Ульянов громко шмыгнул носом.
 - Становись в строй. – Рогачев от Ульянова снова вернулся к списку. – Так, дальше тут нет никого по списку. Значит переходим ко второму отделению. Командир – сержант Филякин.
  - Я. – Пробасил неожиданным для своего небольшого роста голосом Женька-мордвин с круглым лицом. Круглые щеки несуразно торчали в разные стороны над тонкой шеей. И прямо из толстых щек вперёд выпирала немного вывернутая нижняя губа. Женька шагнул-было вперёд, но Рогачев его остановил.
  - Знаю, знаю. Ты мне за лето на Тринадцатом посту надоел своим лошадиным хохотом. Что ты там, балбес, со своим автоматом сделал? Дай сюда. – Рогачев снял с Женькиного плеча ремень автомата и приподнял, чтобы показать то, что висит на ремне всему взводу.
 - Вот, смотрите, это называется автомат!
    На брезентовом ремне, зажатом в руке Рогачева, болтался ободранный АКСУ с напрочь отломанным когда-то складывавшимся прикладом. После мушки, там где должен быть пламегаситель, там ствол сразу обрывался. От этого автомат стал похожим на металлического сувенирного поросёнка.
 - Сдашь этот свой вороношугатель. Получишь вместо него нормальный АКС и к нему подствольник. – Рогачев снова обвел взглядом весь взвод.
 - Это всех сержантов касается. Все сержанты должны получить к своим автоматам подствольники. – Рогачев рывком перебросил АКСУ Женьке Филякину и снова уставился в список.
 - Жуманов. Гранатомётчик.
 - Я. – Из строя вышел Бахрам. Невысокий узбек с лицом, больше похожим на барышню, чем на узбека.
 - Гранатомётчик? – Рогачев оглядел Бахрама. – Поняль, что надо с гранатамот деляль?
 - Да. – Бахрам обиделся, что старлей перекривливает узбекский акцент. Поэтому он не ответил «поняль». А ответ «так точно» ему было произносить впадлу по сроку службы. Потому что Бахрам уже дэмбэл. Уже нэ палёжына.
 - Орлов. Пулемётчик.
 - Я. Андрюха, не стриженный, с торчащими в разные стороны желтыми волосами, шагнул врерёд. В строю завошкались, затоптались узбеки. Послышалось в адрес Андрюхи «чучелё». Это прозрачный намёк на дела минувших дней, когда узбеки во главе с Полваном помыкали Орлом, как хотели. Я повернулся к сказавшему «чучелё» Бахраму.
 - Кто «чучелё»?
 - Арлёпф. – Бахрам хитро щурился и улыбался.
 - Что было, то прошло. И больше так не будет.
 - Да? – Бахрам удивлённо приподнял брови. – Пасмотрымь.
 - Смотри. Только смотрелки себе под дембель не испорть.
 - Пизда палючит и будэт как шолькавый.
 - Пизда в две стороны работать умеет. Ты на дембель хочешь целым поехать?                  
 - Так, Орлов. – Рогачев пробежал по списку глазами. – Ты по-русски хорошо разговариваешь?
 - Да. – Орёл удивлённо посмотрел на старлея.
 - Вот и хорошо. Будешь первым претендентом в связисты. А то ротную станцию таскать некому. Ты парень не хилый. И по-русски говоришь без акцента. Поимею ввиду. Встань в строй.
 Офигевший от «такого счастья» Орёл встал на своё место в строю, пробормотал: - «Ну, бляха-муха, прощай молодость». А в строю залапотали «А-а-а-а, Арлёпф – таска-а-а-а.»
 - Тэкс. Третье отделение. – Рогачев снова уставился в список. – Командир отделения рядовой Касьянов.
 - Я. – Я шагнул из строя вперёд.
 - Значит рядовой и при этом командир отделения? Это ничего. Поживём, может сержанта из тебя сделаем. Пулемёт сдай. Получишь автомат.
 - Товарищ старший лейтенант, разрешите с пулемётом воевать? У него прицельная дальность больше, чем у автомата. Я этот пулемёт отстроил под себя, пристрелял, канал ствола отполировал. Он теперь, как часы.
 - Ладно. Пока оставь. – Рогачев оглядел меня ещё раз с ног до головы. – На операции будешь моей личной охраной. С пулемётом. Что б шел за мной в семи метрах. Не ближе, не дальше. Всегда на расстоянии семь метров. Понял? Встань в строй.
   Я вернулся в строй.
 - Кто тут у нас ещё из старого состава? – Рогачев снова уставился в список. Рядовой Губин!
 - Ранен. В июне на Зубе Дракона. – Доложил я, как командир отделения, в котором воевал Серёга Губин.
 - Вернётся в строй?
 - Скорее всего нет. Похоже, что ему позвоночник задело.
 - Вот это херово. – Рогачев полез в карман за ручкой. – Если бы сразу убили, то быстро бы списали. А так, напишу «за штатом» и хрен его знает, когда пришлют замену. Блять, людей нет нихрена-а-а-а. – Рогачёв сокрушенно покачал головой.
 - Агаев. Пулемётчик.
 - Я. – Из строя вышел высокий узбек. Пацан с моего призыва.
 - Я понял. Встань в строй. – Рогачев перевернул в папке какой-то листок бумаги. – Теперь разберёмся с пополнением. Мазур!
 - Я. – Из строя вышел крепенький перенёк в выцветшем до желтого цвета х/б и в парадных ботинках.
 - Откуда ты такой взялся?
 - Из Теджена.
 - Специальность?
 - Разведчик.
 - Значит нихрена не умеешь. – Рогачев вписал что-то в бумагу. – В первое отделение. Там автоматчика нету.
 - Суванов.
 - Я. – Из строя вышел очень объёмный, плотно сбитый узбек.
 - Ого! – Рогачев снова уткнулся в список. – Во втором отделении нет пулемётчика. Получишь РПК и пойдёшь во второе отделение. Стрижевский!
 - Я. – Перед строем снова оказался солдат в светло-желтом х/б и ботинках.
 - Тоже из Теджена? Тоже разведчик? – Рогачев оглядел «духа». В строю захихикали. – В третье отделение. Автоматчиком. Спыну.
 - Я. – Из строя вышел солдат. То, как он сказал это «я», так он его не сказал. Он его выдохнул. Так при колке дров выдыхают звук «ы». Это однозначно старослужащий солдат.
 - Ты откуда? – Рогачев оглядел солдата. Пристально посмотрел на его панаму с лихо закрученными кверху полями.
 - Из автороты.
 - А-а-а-а-а. – Рогачев улыбнулся. – Из залётчиков? Разбойничек, значит. Национальность?
 - Молдован. – Спыну ответил с заметным молдавским акцентом. Как бы, глотая звук «л».
 - Жаль. Значит в связисты не пойдёшь. – Рогачев почёркал что-то в списке. – Раз ты у меня разбойник, то получай РПК и в третье отделение. Будешь вместе с Касьяновым в моей личной охране. Мне боевые парни нужны. Кудров!
 - Я.
 - Это что? – Рогачев снял панаму с головы вышедшего из строя солдата. Верх у панамы был промят, как у ковбойской шляпы, и обстрочен на швейной машинке. – Чё, дембель что ли невъебенный?
     Солдат молча моргал на Рогачева белёсыми ресницами.
 - Расшить! И вот это тоже. – Рогачев показал пальцем на заглаженные и прошитые нитками стрелки на брюках. – Пойдёшь снайпером во второе отделение. Носкевич!
 - Я. – Из строя вразвалочку вышел кривоногий солдатик со смешным утиным носом.
 - Снайпером в третье. Вместо Губина. Итак, в итоге! – Рогачев захлопнул папку с бумагами. Оглядел выстроенный взвод. – Сейчас, кому я сказал, получают оружие. Орлов, вперёд к замполиту. Доложишь, что кроме тебя рацию таскать некому. Поэтому сдашь пулемёт, получишь автомат и рацию.
 - Заебись, что не миномёт. – Негромко пробубнил вытянутым от досады ебальником Орёл.
 - Остальным: почистить оружие, чтобы блестело. Чтобы внутри ни соринки. У кого нет лифчиков – пошить. Получить у старшины боеприпасы из расчета два с половиной БэКа. Это значит на автомат 900 патронов, на ручной пулемёт 2 500 патронов, на СВД 300 патронов. Каждому советую иметь один магазин трассеров, заряженных через один с простыми патронами. Далее. Каждый должен иметь две гранаты Ф-1, две РГД-5, металлическую флягу 800 грамм с водой на поясе, две пластиковые фляги 1300 гр с водой в вещмешке. Что такое вода в горах, многие из вас уже поняли. Поэтому, если кто-то родит себе третью пластиковую флягу – берите с собой. Далее. Каждому взять с собой 5 сигнальных ракет. Одну осветительную 50 мм. Один посадочный дым оранжевого цвета. Три сигнальных посадочных огня: красный, желтый, зелёный. Сухпаёк дадут перед выходом. На трое суток. Каждому взять с собой по миномётной мине. Тёплые вещи: бушлат, ватные штаны, плащ-палатка, одеяло. В горах ночью холодно, многие уже попробовали. Всем всё ясно? Разойдись!
 
 
Facebook Google Bookmarks Twitter LinkedIn ВКонтакте LiveJournal Мой мир Я.ру Одноклассники Liveinternet

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.