День не задался с самого утра. Холодные серые тучи волочились по небу, цепляясь толстым дождливым брюхом за мачты, и навевая тоску. Сегодня последний переход в этом отпуске, и осознание того, что волшебство заканчивается, неприятно глодало внутренности.

Билли тоже суров – в схватке интеллекта с картой для гармина пока побеждает карта. Сначала она не скачивалась, теперь не открывается, и что с этим делать – совершенно непонятно. Конечно, у Билли есть бумажные карты, секстан и ворох карандашей, но все это не слишком украшает жизнь, если ты один сам себе и капитан и штурман, а вокруг изощренный рельеф, судоходство и течения. К тому же карта внизу, а окружающий мир снаружи, и между ними несколько крутых ступенек – фитнес на грани мазохизма.

За завтраком мне нагорело за ножик в масле, оброненный на стол. Я в очередной раз забыла постелить салфетку, а подложка на столе сетчатая и большая, поэтому отмывать её в яхтенной тесноте достаточно проблемно. Вообще время не щадит никого, надо признать – например, то, что у плиты мало закрыть газ, а надо еще и отключать ее от сети, я окончательно усвоила примерно на десятый день, и истерично дергалась глазом каждый раз, как кто-нибудь бросал взгляд в сторону левого борта. 

Остальные прикинулись мебелью, проглотили недопроглоченное и энергично посвятили себя сборам, отчего всеобщий порядок настал досрочно, и выход внезапно случился на час раньше, чему капитан удивился уже на стадии заведенного двигателя.

Прекрасные сухие и теплые штаны за ночь успели отсыреть, но других все равно не было, а погода шептала, поэтому натянули на себя все, что нашлось. Шотландия, так Шотландия. Горцы вон вообще без штанов по репьям бегали. 

Остался позади скалистый мыс, за которым скрылся гостеприимный Балликасл и очаровательные женщины из инфоцентра, которым мы даже не успели сказать спасибо за путеводную нить. Из пролива подуло, Билли поднял парус, «Алабай» взбодрился, и весело заскакал по невысоким волнам. Наша цель сегодня – полуостров Кинтайр, печально свисающий с нижнего края Шотландского Хайленда. 

Через час горизонт поменялся, и небо стало похоже на крышку котелка: облачная середина прямо над нами, и голубые края по всему горизонту. Ветер крепчал, крышка поднималась всё выше, и в конце концов распалась на тощие клочья, которые унесло прочь. Праздничная лазурь снова затопила мир.

В этом переходе, как никогда, окрестности кишели птицами. Стайки не то уток, не то гусей проносились над водой в разных направлениях. Построившись в затылок, они с бешеной скоростью появлялись и исчезали буквально из ничего, не ломая строя ни на секунду – как будто были нанизаны на одну веревку. 

Мыс придвинулся ближе, и из голубого стал зеленым. Удивительное дело – Ирландию и Шотландию разделяют здесь всего каких-то двадцать километров, а вид такой, будто вообще другая земля. Никакой аккуратной причёсанности разлинованных полей, одни только дикие лохматые скалы, да проплешины каменных осыпей. Вытянутые перья тонких облаков вдруг сложились в явно обозначенный профиль: глаза, нос, подбородок… Небеса посмотрели на горы!

Внезапно на берегу обозначились белые домики и ряды пляжных зонтов. Отель! Мамадорогая, настоящий отель с пляжем! Картинка, как из рекламного буклета какого-нибудь пышного турагентства. Ничего более неожиданного и придумать было нельзя, особенно зонтики. Хотя, наверное, от дождя будет неплохо.

Под прикрытием мыса море угомонилось, и мы воспользовались моментом, чтобы быстро перекусить, а потом разлеглись по бортам, и впали в сладостный транс от пейзажей. 

Это переход у нас самый короткий, и на месте мы будем еще засветло, так что есть надежда успеть в магазин, и погулять по городу. Единственное, что тревожит Билли – будет ли место, чтобы встать у пирса, или надо будет болтаться на буйке. Пять лет назад в Кэмбелтауне из благ цивилизации был только одинокий причал с калиткой, но в Большой Важной Книге, где насписана вся правда о яхтенных стоянках королевства, упоминалась реконструкция. Правда, не очень было понятно - реконструкция уже состоялась, или только планируется, и поэтому неизвестность добавляла нервозности в сияющий день.

Подход к Кэмбелтауну охраняет остров Даваар, словно накрытый зеленым одеялом. Белый маяк на мысу, обрывистый ребристый берег с одной стороны, покатые бархатные склоны с другой, и мелкие крапинки, разбросанные там и сям – овцы. Остров соединяется с берегом длинной косой, обсыхающей в отлив.

- Там есть пещеры. Штуки три или четыре, не помню. – поведал нам Билли.

- Оооо, пещеры… Нам туда надо! А они большие? А сколько туда идти?

- Да полдня, не меньше – ты посмотри, даже города еще толком не видно! Только к вечеру доковылять.

- Да ну, ерунда - мы ходили. Никаких полдня. Надо только в прилив не попасть, а то придется там ночевать на этом острове. Или по пояс возвращаться.

- А когда тут прилив?

- Не знаю. Надо будет посмотреть. Ну вон сейчас косу всю видно, значит, прилив утром был.

Мимо в туче чаек пронесся рыбак. Птицы со страшным гвалтом кружили над судном - словно в фильме ужасов.

- О, рыбу повез нам на ужин

- Да прям, «нам». Опять евросоюз всю рыбу заграбастает – сирот по квотам кормить.

- Вы вот другого времени не нашли, чтобы фотографировать. Кранцы доставайте! Похоже, реконструкция завершилась.

Мы заметались по яхте, готовясь к швартовке - город приближался быстрее, чем хотелось. Билли запросил вход, получил добро, и сбавив обороты, стал притираться к самому концу длинного пирса, заставленного яхтами. 

Дитя десантировалась на причал.

- Первым нос, или корму?

- Нос!

Наденька вышвырнула за борт швартов, дитя подхватила, зацепила за утку, и быстро накинула пару петель.

«Алабай», продолжая движение, потянулся вперед, разворачиваясь на канате. 

«Бамммм…» Нос ткнулся в понтон, запищали жалобно кранцы под навалившимся бортом. 

- Да итить!!!!

Билли перекинул ход на задний, чтобы оттянуть нос. Офигевшая дитя с испугу сбросила петлю, и отпустила швартов, а потом выбрала слабину, и как только яхта снова пошла вперед, опять захлестнула его за утку. 

«Баммм…»

«Сегодня не день для клефтико» - сказал нам много лет назад официант в греческом ресторане, когда мы пытались заказать шедевр средиземноморской кухни. Видимо, нынешний день тоже был из этих.

Внезапно на понтоне появился красавец-мужчина в растянутой футболке. Он отпихнул наш нос обратно, аккуратно забрал швартов из рук детки, окончательно превратившейся в соляной столп, навернул его на утку, перешел к корме, и зачалил яхту как положено. Все это спокойно, уверенно, без лишних движений, и в какой-то момент мне даже показалось, что он погладил безутешную деву по голове. 

Билли, мрачнее санкционного прогноза, заглушил двигатель

- Ну, и что вот это сейчас было? Надо же с кормы начинать!

- Я же спрашивала, что первое!

- И что?

- Вы сказали – нос.

Билли озадачено поглядел на нас.

- Я сказал – нос?

Мы с Наденькой кивнули.

- И все это слышали?

Мы опять кивнули.

- Мда. Это я был неправ.

Пока Билли пристегивал воду и электричество, вернулся наш ослепительный спаситель, и принес конверт. Ага, так это харбормастер, главный человек «в этом гостинице»

В конверт была вложена бумажка, на которой нужно было написать название, время стоянки, вложить деньги, и пойти сунуть его в щелочку двери на лодке, стоящей через три борта от нашей. Простые нравы, непринужденная обстановка.

На последнее свободное место за нашей кормой подошла ещё одна яхта. Билли, руки в боки, строго следил за разворачивающимися событиями.

- Щас они сделают то же самое, что и мы, смотри.

Я выглянула у Билли из-за плеча ровно в тот момент, когда яхта, уже привязанная за ноздрю, уверенно таранила понтон.

«Бамммм…»

- Ну, хоть в задницу нам не въехали, и то спасибо.

Я постучала по крыше каюты.

- Дитя! Хорош страдать, выгляни наружу.

Дитя, удрученная событиями, показалась наверху, и тут же соседи треснулись второй раз. Харбормастер, не успевший далеко отойти, повторил свою спасательную миссию.

- Алоэ, Птенчик! Что ж вы так убиваетесь, вы так никогда не убьётесь. Посмотри, мы не одни такие.

- Ты не понимаешь. Это же была последняя швартовка, и так позорно все прошло.

- Ну, что уж теперь поделать. Шит хеппенс, и все это вот.

Однако дитя была безутешна.

Половина четвертого – самое время для вечернего чая перед походом в магазин. Припасы иссякают, мы на грани голода, а стоять до послезавтра, да завтра еще прибудет новый экипаж. Точнее, прибудет он уже сегодня, но ночуют ребята в гостинице. 

Вездесущий «Теско» нам в помощь, особенно алкогольный отдел – мы по-прежнему не выполнили норму по сувенирам. Не в Эдинбурге же по магазинам бегать? Ужасные муки выбора, кстати: вывозить можно не более литра крепкого алкоголя, а нафасовки у всех виски – по 0,7. Ни богу свечка, ни черту кочерга.

Хотели было обзавестись творогом, чтобы наделать сырников на завтрак, но привычный нам творог тут редкость, и пришлось обойтись здоровенной баклажкой йогурта. На ужин будут котлеты и сидр.

Пока солнце не закатилось, Билли объявил аврал по отмыванию лодки. Нам с Наденькой достались гальюны, дитя же захватила шланг и швабру, и принялась надраивать палубу. Сам капитан заглянул в шкафчик под раковиной, и в некотором шоке обнаружил там пару ведер воды, весело плескавшейся посреди труб. Словом, занятие нашлось каждому.

Минут через сорок, едва не отравив Билли миазмами бытовой химии, помывку закончили, и только присели передохнуть, как на борт прибыла смена – новая команда пришла знакомиться.

За разговорами, а потом готовкой ужина время пролетело незаметно. Билли сменил гостевой флаг на шотландскии́, попутно устроив нам викторину "угадай страну". Опознали много - примерно две трети флагов, но вот про некоторые даже и не слышали никогда.

В девять вечера пришел оранжевый бот спасательной службы, и встал к стенке напротив весьма оригинальным образом - вытащив со дна за канат якорную цепь, чем поразили Билли в самую середину души. Команда сошла на берег, не оставив даже дежурного, и мы воочию смогли оценить расхожее выражение: "море на замок" Интересно, а если вдруг какая нужда будет поспешить на помощь ночью, тогда как?

Перед сном, когда совсем стемнело, я понесла на берег мусор, норовивший вывалиться из ведра. В офисе спасателей царила непроглядная темень. На торце пирса гудели какие-то агрегаты, и оттуда, из темноты, мимо меня прошмурыгали желтыми резиновыми сапогами не то малайцы, не то мелкие индусы - должно быть, с рыборазделки, или что там у них в ангарах. По краям бухты горели редкие огоньки города, а у выхода угадывалась темная спина острова.

Завтра. Завтра мы пойдем туда.

 

Facebook Google Bookmarks Twitter LinkedIn ВКонтакте LiveJournal Мой мир Я.ру Одноклассники Liveinternet

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.