Утро началось с того, что Наденька внезапно обросла бациллами. То ли вчерашние вечерние прогулки поспособствовали, то ли днем на переходе надуло. К тому же накануне на корабле случился небольшой мятеж – курятничек восстал, и ехать в Белфаст, чтобы осматривать чучело «Титаника», отказался напрочь. Ренегаты и саботажники, чего уж там скрывать, ха-ха-ха. В общем, культурная программа планируется ограниченным составом и в окрестностях города, а пока капитан надел свою ослепительную португальскую пробковую шляпу, и сошел на берег с твердым намерением отведать морепродуктов. Я бросила дрыхнущий совятник на произвол судьбы, и порысила следом.

 Карта с заветным крестиком была благополучно забыта на борту, поэтому рыбный магазин пришлось искать внутренним чутьем, благо недалеко. Радости эта находка, прямо сказать, не прибавила – одна только сёмга выглядела, будто снималась для обложки «Vogue», а всё остальное, за исключением ценников, исполненных фломастером на ракушках от гребешков, походило на рыбный отдел «Ашана» в воскресный вечер. Потрепанные куски плоти разного цвета на металлических подносах, плавающие в каких-то соплях очищенные креветки, зачем-то куриные тушки, и прочие малоаппетитные вещи - желание кулинарных подвигов завяло и жалобно повисло, и мы бежали из этого вивария.

Торговый центр за углом по случаю субботы пугал безлюдьем и гулким эхом, гулявшим между крепко запертых дверей. Только у входа кипела жизнь – аналог нашего «Фикспрайса» торговал разным ширпотребом, заманивая клиентов привычными лозунгами: «Все по фунту» и «Ликвидация остатков». Фунты, кстати, в Ирландии свои – ирландские. Главное, в магазине у тебя берут английские, а сдачу дают местными. А у нас уже и мэнских наменяно, да ещё потом и в Шотландию идти – вот засада.

В поисках еды мы уходили все дальше, пока не уперлись в местный вокзал.

- О! У них наверняка есть справочная, и можно узнать, где тут магазин.

- Ну иди спроси, а я пока покурю.

Озадаченная делегированными полномочиями, я вошла в вокзал, и сразу уперлась носом в будку наподобие нашего милицейского «стакана» из прежних времен. Внутри сидел не слишком лучезарный на вид дядечка.

- Гуд монинг! – приступила я к очаровыванию источника информации, извлекая из памяти хаотичные обрывки школьных знаний. Же ву при, авек плезир… Господи прости, от страха все слова повыскакивали

- Ви ар лукинг фор ээээ… фуд шоп. Биг фуд шоп.

Дядечка выжидательно смотрел на меня, как первоклассник на волшебника Рахат-Лукумыча.

- Мей би ю ноу, вер из ит? Энивеар? - Я лихорадочно потела под очками, и придумывала, что бы такое ещё сказануть. - Плииииз…

Дядечка переварил услышанное, и на всякий случай уточнил: "Супэмакет?"

- Йессс! - моментально воспряла я духом.

В ответ из окошечка вывалился поток информации, из которого не было понято ни единого слова. Приоткрывшийся было портал начал снова схлопываться, и я, словно раненый мондошаван, спешно сунула в щель карту окрестностей, выхваченную из ближайшей рекламной стойки.

Дядечка слегка удивился, потом взял ручку, и на белом поле сверху написал большими буквами "ASDA". Я тупо глядела на волшебное заклинание. Тогда эта бородатая Ариадна, видя мой столбняк, применил мимику и жесты, из которых стало ясно, что идти надо обратно, и в какой-то момент повернуть направо. Я поблагодарила, и выскочила наружу, где предъявила асду Билли.

- Мы её проходили, но там одни шмотки в витрине.

- Ну, пойдем, посмотрим.

Мы вернулись обратно, перейдя замысловатую развилку дорог.

К слову, пешеходные переходы после Лондона явно не обозначены практически нигде: привычные нам "зебры" - привилегия больших городов. Здесь же, если нет светофора, обнаружить переход можно только по понижению тротуара и двум столбикам высотой по бедро, а часто и их либо не бывает вовсе, либо они, наоборот, теряются в череде таких же, предохраняющих тротуар от парковки.

Безбарьерная среда везде, даже (или особенно) в маленьких городах: пандусы, отсутствие порогов, вот эти вот понижения тротуаров, и прочие ништяки, позволяющие людям свободно передвигаться на самоходных креслах, не напрягая родных. В Лондоне, например, мы видели, как дородная дама на таком пепелаце "перебегала" Пикадилли на красный свет. Природа людская неизменна в любом состоянии.

ASDA и впрямь оказалась супермаркетом - просто первым у входа был шмоточный отдел, и мы, заглянув мимоходом в двери, приняли магазин за промтоварный. Но за вешалками с трусами и мешками садового грунта простирались бескрайние полки еды, и мы почуяли вкус жизни.

Первым делом капитан инспектировал рыбные витрины. Переложенные ледышками гипсовые форельки и куски желтого филе неизвестного происхождения его не устроили.  – Идиотская система. Где треска, я спрашиваю? Где вся рыба? Мы что, не на море?

Билли жестами показал, какого размера должна быть туша трески, но продавщица только скорбно развела руками - типа, сорян, сегодня не случилось. Заморозка выглядела ещё унылей, и Билли мрачно закружил между холодильников.

- Ну, и какие будут предложения?

- Ээээ... Бараньи котлетки?

- Мдэ? Ну пойдем, посмотрим на их мясо.

Мяса было много, но судя по капитанскому взгляду, всё не то.

- Ну, в общем-то, я могу приготовить плов. - Билли крутил в руках половину бараньей ноги. - Но одной ноги мало, а две - много. Наверное, надо взять ногу и ещё что-нибудь

- Ну так бери, к чему сомнения? Всё равно есть нечего вообще. Одна каша осталась.

Нога и пара стейков перекочевали в тележку. Туда же отправились яблоки (буржуины зачем-то продают их запакованными в пакеты по пять-шесть штук, плодя лишний пластик и изничтожая невосполнимые запасы полезных ископаемых), морковка, хлебные палочки, печеньки, и еще куча нужных и ненужных продуктов.

На кассе я сделала финт ушами, и подсунула кассиру мэнские фунты. Тот задумчиво пошевелил брежневскими бровями, и вызвал управляющего - проверить, можно ли такое принимать. Оказалось, что можно, и у меня свалился камень с души: довольно обидно иметь наличность, которой не можешь воспользоваться.

Обратно возвращались уже по проснувшемуся городу. Вроде и ходили всего ничего, но вместо пустых улиц наставлены по тротуару столики, открыты кафе и закусочные, и народ на нежарком ещё солнце уже вкушает все прелести хорошей погоды. Везде по дороге, все две недели встречные говорили, что нам сказочно повезло – хрестоматийного Альбиона не показалось вообще нигде. Билли с Наденькой разглядывали карту погоды, где над островами красовались бок о бок два антициклона, и только качали головами. Обрадованные жители моментально пораздевались, и на пронизывающем ветру по парку дефилировали голоногие и голоплечие парочки. «Люди-тюлени» - резюмировал Билли.

Позавтракали, оставили Наденьку бороться с инфекцией, и ушли вдоль моря на поиски водопадов – я вычитала в путеводителе, что «тут недалеко» на берегу имеется природный парк со старинным коттеджем, акведуком, водяной мельницей и хрустальным водопадом. 2,5 км, ерунда какая. Мы в Севастополе из гостиницы по утрам на Херсонес гуляли купаться – столько же выходило. Предыдущий опыт планирования вояжей по гугль-мапсам меня ничему не научил, как мы видим. «2,5» оказались милями, а не километрами, а рельеф, как помнят по нашим балаклавским похождениям мои давние читатели, на гугле не отражается. Капитан купился на то, что не нужно будет лезть в гору, и возглавил поход за прекрасным, не подозревая, во что это выльется.

На посошок забежали в туалет в марине, и тут я поймала себя на том, что воду в рукомойнике открываю тонюсенькой струйкой, как на яхте. Вот, всего-то неделя понадобилась для обретения новых навыков. А говорят, с возрастом обучаемость падает.

Дорога к водопадам лежит мимо местного парка с фонтанами и целым прудом педальных лебедей. Ветер всё не унимался, и организм шел крупными пупырками при взгляде на детишек, шлепающих по воде и весело подставляющих головы под водяные шутихи. Родители с завидной черствостью дефилировали вдоль загородок, совершенно не страдая от перспектив детской простуды, а я чувствовала себя нежной фиалкой на озаренном солнцем склоне, пока суровый зефир прохватывал насквозь тонкую флиску. Море крышесносного изумрудно-синего цвета украшали пенные барашки и треугольники парусов, бороздивших пролив. Билли, подбоченившись, смотрел на это зрелище.

- Конечно! Если не мордотык, чего бы и не ходить под парусами-то!

Прекрасная асфальтовая дорожка вилась вдоль ухоженного берега. Везде стояли урны, а в самых красивых местах - ещё и лавочки, чтобы вволю насладиться видами. Сухая высокая трава гнулась под ветром, выгодно выделяясь на фоне волн; зелень деревьев и кустов радовала глаз, и отовсюду просто так росли разные цветы - от водяных желтых ирисов до неизвестных огромных палок, украшенных гигантскими гроздьями мелких розовых цветочков, похожих на сирень.

Местами каменистый берег перемежался маленькими пляжами с сероватым песком, которые сменялись отвесными скальными выходами метров по пять-семь высотой. В прибое плескались дети, а в одном месте со скал сигали в море вполне себе взрослые юноши с загаром, не отличающимся от нашего: черная шея и красные по локоть руки. Вода, чтоб вы помнили, вряд ли выше восемнадцати градусов - жаркая погода началась всего полторы недели назад, и ночью температура воздуха еще ни разу не поднималась выше той же отметки.

Билли одержим идеей поиска грибов - раз есть деревья, то должны быть и грибы. Но деревья пока растут выше подпорной стенки, а на берегу кроме травы ничего нет. Мы неспешно продвигались вдоль берега - гуляющих много, но друг другу никто не мешает, несмотря на узкую дорогу и проезжающих время от времени велосипедистов. Все предупредительны и вежливы, собаки воспитаны, дети не орут, и от этого создается впечатление некоторой нереальности происходящего.

Тамошние собаки меня поразили: за все время отпуска я видела только одну побрехушку, да и то она надрывалась не просто так, а потому, что хозяин нарочно медлил бросить ей в прибой принесенную палку. Даже когда нарочно подзываешь пробегающую псяву, в большинстве случаев она просто не обращает на тебя никакого внимания. В городе свободно не бегает никто, при этом встретить человека, вокруг которого вьется на поводках три-четыре сявочки - обычное дело. Большие собаки представлены в основном лабрадорами. Встретили также одну овчарку, питбуля и пару борзых. Остальные - собаки-компаньоны, от йорков до пуделей, которых я дома не видела уже вообще бог знает сколько лет.

Да, в ошейниках никого не водят, даже лабриков - все на шлейках. Метров через сто пятьдесят от начала (окончания?) тропы по асфальту проведена полоса белой краски, и трафаретным шрифтом со стороны променада сообщается, что дальше этого места свободный выгул собак прекращен. Вышел в город – будь добр пристегнуть пса. И не говорите, что вас не предупреждали.

Сколько мы шли вдоль моря, я специально не засекала. Гуляем и гуляем, а нужное нам место будет после гольф-клуба и длинного каменного мыса, так что заблудиться не должны. Однако, когда солнце совершенно явно утвердилось в зените, а гольф-клуб остался далеко позади, я начала опасаться, что мы пропустили все достопримечательности, и на горизонте вот-вот покажется Белфаст. Мы уже раздумывали, не повернуть ли обратно, но к счастью, организация оповещений о прекрасном сработала как положено, и на ответвлении тропы вырос столбик "Добро пожаловать в парк Крофордсберн"

- Что, ОПЯТЬ в гору? - ужаснулся Билли.

Тропа совершенно явно взбиралась куда-то под небеса - снова эти чертовы гугловские грабли шуточки. Я бы со стыда убилась апстену, но поблизости не было ни одной. Над головой капитана засветился нимб, и восхождение началось. Неизвестные деревья по полтора-два обхвата каждое создавали приятную тень, спасибо и на этом. Слева тек в глубокой расщелине дохленький ручей, пахло лесом и зноем. Наверху тропа вышла на солнечную поляну – словно и не уезжали никуда. Яркое разнотравье, над которым висел треск кузнечиков, выглядело так, будто мы сошли с электрички где-нибудь в Подосинках. Сбоку из деревьев засвистела зарянка – «робин», если по-здешнему. Птичка размером с воробья бесстрашно сидела на пихтовой лапе, и позволила сфотографировать себя с расстояния не больше полутора метров. Край непуганых жЫвотных. Кого нам еще подсунет Дорогое Мироздание? Оленя? Бобра? Косатку?

ДМ, видимо, возмутилось нашей бессовестностью, и вместо косатки прислало группу взопревших марафонцев. «- А «Динамо» бежит? – Все бегут» Мы посторонились в траву, освободив тропинку, и каждый из пробегавших вежливо сказал нам «Спасибо». Ну, блин… Что-то чересчур быстро привыкаешь к хорошему – как вот домой возвращаться после такого?

На другом краю поляны деревянный столбик с одинокой стрелкой без подписи снова отправлял нас в глубь чащи. Билли, всё ещё надеясь на грибы, шуршал сухими листьями в подлеске, пока я крутила схему, хоть как-то пытаясь применить её к местности. Пользы от неё было примерно столько же, сколько от пачки «Беломора» - в какой стороне море, я и так знаю, а вот всё остальное где? Где акведук и ведущая к нему тропа?

Лес внезапно закончился забором с воротами, за которыми в низине оказалась дорога, а на той стороне – другие ворота, всё так же без единой таблички, кроме столба со стрелкой и лаконичного «Welcome». За густой зеленью смыкающихся крон не было видно ни единого ориентира, только со свистом пронеслось что-то быстрое примерно на уровне наших глаз.

- Это поезд. – убежденно сказал Билли. – Железная дорога.

Я воткнулась в карту. Железная дорога там была, но обозначенные тропы нигде к ней не подходили. Однако водопад, помеченный крестиком, явно находился на другой стороне.

- Ну и куда нам теперь?

- Эээээ… Вперед?

Все равно выбор был небольшой, и мы перебежали дорогу, чтобы снова углубиться в лес. Через некоторое время тропа распалась на три – причем, что характерно, без надписи на камне, да и вообще без самого камня. Я поколебалась немного, и выбрала среднюю, которая вывела нас наверх, и (вот сволочь) снова растроилась. Да нарочно что ли, я не пойму никак?

- А давайте включим модем, и он нам сделает интернет?

- И чем нам это поможет?

- А он нам покажет на карте, где мы находимся.

- Где-где… В Ирландии – тоже мне, загадка.

Пока я билась с тугой кнопкой модема, на солнечный свет из лесу вышла поджарая дама глубоко пенсионного возраста - в шортах, шляпе, и в сопровождении двух собак.

- Дитя, иди быстро, спроси у тёти, как нам найти водопад.

- А чего я-то опять?

- Не, ну а кто еще? И вообще, ты обещала всё у всех спрашивать, лишь бы тебя за джином не посылали.

- Да, но вы-то послали!

- Да, но тебе это пошло на пользу! Иди, спрашивай, а то она уйдет, и мы тут до ночи блуждать будем!

- Я стесняюсь!

- Боже, твоя воля!

Меня прокляли, точно. Почему это всегда я одна должна вступать в контакты с окружающим миром? Может, я тоже стесняюсь? И вообще, кто из нас ходил на английские курсы, в конце концов?

Пришлось снова мобилизовать жалкий словарный запас, и махать картой. Честное слово, пиктограммы и то продуктивнее, чем мой английский. Дама, вопреки ожиданиям, не бежала в ужасе прочь, а была настолько любезна, что показала дорогу, потом оценила нас пронизывающим взором, и сказала: «Лучше я вас отведу». И в самом деле отвела к ручью, перевела через мостик до акведука (сюрприз-сюрприз!), а там махнула рукой и сказала: «Здесь уже не заблудитесь». Мы с девой, конечно, тут же застряли в акведуке, который на самом деле был ж/д мостом, а потом догнали Билли, и уже все вместе пошли вдоль ручья к водопадам.

Долина у ручья обрывистая и довольно тесная, так что внушительные деревья, растущие внизу, едва достигают края. Буйная, почти тропическая растительность делает это место похожим на какие-то джунгли. Примерно так я почему-то представляла себе в детстве место действия «Всадника без головы» Правда, вместо ягуара на нас вывалился трехметровый деревянный бобер, украшающий собой тропинку к смотровой площадке. Внизу, у воды, хихикали две девицы дезабилье – видно, они собирались припасть к источнику свежести, а тут нас принесла нелегкая, и наяды спрятались в куст, ожидая, пока наша тактичность возьмет верх над черствостью фотографа, дорвавшегося до искомого.

Мы обснимали водопад со всех сторон, и двинулись вверх по тропе. Но она неожиданно уперлась в следующую смотровую площадку, и на том закончилась. Вода лилась по пятнадцатиметровой стене, а наверху, судя по звукам, была дорога и деревня, но ближайшее ответвление на неё осталось далеко позади. Вот досада.

- Ну что, как будем выбираться?

Возвращаться пешком не хотелось категорически. Я сверилась с гуглем, в который вдохнул жизнь дальновидно прихваченный капитаном модем, и он известил, что уехать отсюда можно двумя способами: подняться в деревню и сесть на автобус, который будет через час, либо подняться в деревню, и пойти на станцию, до которой полтора километра и минут двадцать пешком, а уж поезд какой-нибудь да подвернется. Билли пожелал поезд – на станции наверняка должен быть буфет, и там можно будет насладиться свежим пивом.

Обойдя по дуге девиц, нерестящихся у нижнего водопада, выбрались на тропу к деревне, и мимо огороженных полей и стриженых овец поднялись в цивилизацию. Свернули в сторону станции и бодрым шагом, подгоняемые видением буфета, по жаре обошли все эти чертовы поля, выдающие себя за природный парк. Сладкая пастораль огороженных пастбищ разбавлялась могучим овечьим духаном, но нас уже ничто не могло остановить.

После железнодорожного моста начался поселок – приглаженные холеные дома с цветущими палисадниками. Чисто выставка садово-ландшафтного дизайна, сплошная отрада для глаз. В одном из домов, поразивших мою впечатлительную душу, в эркере второго этажа красовался макет парусника, а чуть дальше виднелся пюпитр с нотами, а по стенам были развешаны картины в тонких рамах. Нет, вы можете себе представить – человек такой идет себе в специальную комнату, и там в свое удовольствие поет или играет на чем-то, а в окне у него вид на цветущих соседей!

Площадь перед станцией разнообразием не баловала – аптека с дантистом, винный магазин «крафтового» алкоголя, веселый флигель с зеленой дверью и дверным молотком-якорем, и парфюмерная лавка, которую мы приняли за билетную кассу. Девушка в лавке, похожая на хорошенькую фарфоровую куклу, сказала, что билеты продают прямо в поезде, а буфета здесь нет: «I am so sorry!» До ближайшего поезда в город оказалось ещё полчаса, и капитан пошел проверить, чем это торгуют в единственном живом магазине. Купил две бутылки зелена вина из Португалии, и со словами: «Так далеко за бухлом я ещё не ходил» обосновался на лавочке под сенью развесистых акаций. Я, кстати, потом посмотрела по карте – та деревня, в которой мы не пожелали ждать автобус, оказалась куском парка, старинной гостиницей, за которую я приняла скаутский центр по дороге к станции. Уж там-то наверняка нашелся бы какой-нибудь кабак, чтобы скоротать время до автобуса, но в целом и так неплохо получилось.

В положенное время явился поезд – гусеница-коротышка из шести вагонов. Двери в нем с кнопкой, как в Ласточке, а сиденья развернуты попарно друг к другу и между ними столик: путешествуй с комфортом. Билеты продает кондуктор – я так поняла, что в каждом вагоне он свой. Через двадцать минут и шесть фунтов мы уже выходили из вокзала, где утром искали супермаркет. Город маленький, всё рядом. Ну и раз такая оказия, снова зашли в Асду, взяли риса на плов, про который забыли утром, а дитя, верная привычке покупать всякую хрень, где бы ни оказалась, обзавелась шоколадным батончиком с чарующим русское ухо названием «Нака».

Наденька по-прежнему холила свою инфекцию, но выглядела довольно сносно. Билли быстро наладил плов, раздавая задания подручным, запер его в кастрюле, и дальше состоялся совет на тему «чего нам надо от этой жизни». Ввиду игнорирования титанического музея большого смысла торчать в Бангоре не было. Чтобы зря не терять времени, капитан предложил идти дальше прямо завтра – есть возможность включить в программу ещё один остров по дороге, где можно на денёк встать на якорь и попробовать выловить рыбу самим, раз уж Евросоюз высасывает все ресурсы из местных факторий. Возражений не последовало, и Билли пошел глянуть погоды. Открыл ноутбук и только присвистнул – пока мы гуляли по лесам, Дорогое Мироздание подвинуло соседний антициклон на восток, и прогноз на ближайшие два дня превратился в грандиозный вмордувинд с порывами до 25 узлов. Определенно, Небеси имели что-то против рыбалки.

Билли с Наденькой немножко пообсуждали непристойное поведение воздушных масс И боцман поделился с ним своими подозрениями. А старпом с ним поделился своими, но против стихии не попрешь, поэтому постановили: "Утро вечера мудренее"

Отсюда последовали совершенно логичные выводы – съесть плов и лечь спать. Чем, собственно, и занялись.

  

Facebook Google Bookmarks Twitter LinkedIn ВКонтакте LiveJournal Мой мир Я.ру Одноклассники Liveinternet

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.