- Слушай, Серега! Вот командир полка проявил ко мне чуткость и заботу… Это как понимать? Может, служба попрет?

Серега – опытный правак и знает командира полка на год больше, чем оператор. Выпив налитую «Плиску», он подумал и ответил:
- Губы не раскатывай! Это вообще плохо, что он тебя запомнил. Наш командир горяч, но отходчив, но все-таки лучше ему в память не попадать. Сам подумай, где ты, и где полковник? И вообще, эти командиры, они такие – всю ночь водку жрут, а по утрам их на чуткость тянет…
Высказав свое мнение, Серега начал плавно заваливаться на кровать и заваливался до тех пор, пока не принял полностью горизонтальное положение. Устроившись поудобнее, закрывая глаза, Серега закончил свою мысль.
- Ты бы поостерегся…
Зря он это сказал. Вот чего не было у оператора, так это инстинкта военного самосохранения. Ну, не боялся он начальства, таким уж вырос, и вместо того, чтобы обойти начальство, всегда пер на рожон. Вот и сейчас, услышав последние слова Сереги, опер сказал сам себе: «Ой, да чего его бояться, небось, не съест!» и задумался о дальнейшем плане выходного дня. Думал он недолго. А что тут думать, если самые достойные уже должны подъезжать к Малкам? Вот там самое место оператору, которого командир полка лично пригласил. Вот и созрел план – надо ехать в Малки! Ну, если есть план, значит, его надо выполнять. Порывшись в сумке, найдя плавки(каждый летчик, собирающийся на Камчатку, берет с собой плавки) и засунув их в специальный карман для пистолета, опер пошел на большую дорогу, то есть на трассу.
       Эта трасса соединяла Питер и поселок Октябрьский, что на западе Камчатки, была стратегической для Камчатки, и машины по ней ездили довольно часто. Главное, определить правильное направление движения. Достав из кармана компас, который имеется у каждого летчика как аварийное снаряжение, опер правильно определил, где находится запад, и встал на нужную обочину. Увидев приближающийся грузовик, опер не стал махать руками, как это сделали бы гражданские лица, а просто вышел на центр дороги и мрачно уставился на шофера. Шофер начал притормаживать, и тогда опер жестом показал ему место остановки. После остановки грузовика опер так же молча открыл дверку, сел в машину и подал команду:
- Вперед!
Шофер, немного ошалевший от вида этого сурового морского летчика, нажал на газ, машина поехала, и тут он решил уточнить обстановку.
- Командир! Куда едем?
- В Малки!
- Мне немного не туда, я сверну, не доезжая…
- Родина в опасности!
- Понял, в Малки.
- Если что, разбудишь, всю ночь не спал.
- А что случилось?
- Придет время, всем доведут.
Озадачив шофера, опер закрыл глаза и погрузился в сладкую дрему, представляя, как он сейчас ляжет в горячую воду и будет рассматривать почти обнаженные женские тела, которых он не видел вот уже три недели.
Проснулся он от того, что шофер бережно потряс его за плечо.
- Командир, посмотри…
- Сколько осталось ехать?
- Километров пять, да открой глаза, это же ваши, наверное.
Опер нехотя открыл глаза и посмотрел на дорогу. То, что он увидел, мгновенно привело его в хорошее настроение. А увидел он военную машину с разинутым капотом, военного водителя, недоуменно рассматривающего внутренности автомобиля, и колонну летчиков под предводительством командира полка, бредущую по направлению к Малкам. Тут шофер проявил инициативу.
- Может, тормознем, машину посмотрю, помогу военному?
- Не тормози, у нас другое задание.
- А эти как?
- Да как? Пешком пусть идут, если ума не хватило проверить машину перед выездом. Ничего, пункт сбора – Малки, для них пять километров - легкая прогулка, сам посмотри, какие хари отожрали.
Быстро пролетели пять километров, и машина остановилась у входа на горячие источники.
- Молодец, быстро доехали. Разрешаю действовать по личному плану.
- Да вы не сомневайтесь, мы, если что, завсегда…
- Родина вас не забудет!
       Попрощавшись с шофером, опер огляделся. Ну, в принципе, он и не ожидал увидеть здесь сочинскую Ривьеру, поэтому и не расстроился, увидев примитивные купальни, раздевалку и самое главное – ларек. Купив бутылку «Плиски», переодевшись, опер нашел место погорячее, погрузился в это место по грудь, отхлебнул немного из бутылки и начал разглядывать окружающих его людей. Да, вокруг были люди, не военные, а обычные люди, а некоторые из них были женщинами и радовали глаза опера своей открытостью и даже полуголостью. И поднялось настроение у опера до невиданных высот, и не только настроение поднялось, но и то, что должно подниматься у молодого офицера при виде полуголых женщин. Еще немного отхлебнув из бутылки, опер прикрыл глаза и размечтался… В суровую действительность его вернул до боли знакомый голос командира полка, причем, этот голос звучал очень громко.
- Кто? Почему? Как он тут оказался? Кто разрешил? Мы там, машину толкаем, пешком идем, а он тут разлагается!!!
Открыв глаза, опер увидел толпу своих командиров и начальников, с изможденным видом стоявших у края купальни, и командира полка, который тыкал в него пальцем и что-то продолжал кричать, задыхаясь от негодования. Подождав, пока иссяк запал у командира полка, машинально отхлебнув из бутылки, чем вызвал у командира нервный тик, опер вступил в дискуссию.
- Меня на машине привезли, тут отзывчивые люди, каждый готов помочь морскому летчику. А чего вы кричите, товарищ полковник? Вы же сами меня пригласили на горячие источники, вот я и приехал.
- Вот и надо было ехать со всеми, когда я, командир полка, тебя приглашал! А не самому, в одиночку, по всей Камчатке шарахаться!
Из-за спины командира вылез замполит эскадрильи.
- Так он еще и пьет, товарищ командир, ничего святого…
- А в чем дело? В полку объявлен выходной день, имею право и выпить, чай не срочная служба.
Командир полка покраснел, скрипнул зубами, открыл рот пошире, и заорал:
- За самовольное покидание гарнизона – пять суток ареста! Комэска! Под личный контроль! Не выпускать его из виду, а то он и в Питер может уехать, у него же выходной день. Обратно едет с нами, когда машину починят.
- Есть пять суток ареста! Товарищ полковник! Разрешите убыть в гарнизон самостоятельно, может, вашу машину не скоро починят, а чего мне тут торчать, настроение уже не то…
- Комэска! Он ничего не понял!!! Никуда его не отпускать! Едет с нами, под твоим контролем! Уберите его с моих глаз долой…
Военную машину починили, и опер убыл в гарнизон вместе со всеми. В принципе, ничего страшного не случилось, план был выполнен - горячие источники, женщины, правда, только вприглядку, но какой-то осадочек в душе оператора остался.

 

Уже виден свет в конце тоннеля...

 

Facebook Google Bookmarks Twitter LinkedIn ВКонтакте LiveJournal Мой мир Я.ру Одноклассники Liveinternet

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.