Иван Рудольфович Шильд побрился, сполоснул зубы и почувствовал себя немного человеком, хотя от стирки своей одежды в тазике он сильно ослаб. Любое физическое напряжение приводило к невероятной усталости. Во время запоя сил только хватало на поход до ближайшего ларька. Организм требовал немного добавки энергетического коктейля из спирта и воды. По квартире разносился запах жареной картошки. Иннокентий Константинович колдовал на кухне и обрадовался появившемуся собутыльнику:

              - Ну, наконец - то, Ваня! Пришло время принять на грудь, товарищ. И картошечка вовремя подоспела.

               На кухонном столике парилась сковородка, был аккуратно разложен хлеб и нарезан кольцами репчатый лук. Посреди гордо стояли бутылка спирта «Рояль» и чайник с остывшей водой. Иван восхитился натюрмортом:

              - Иннокентий, да Вы, кулинар от бога!

              - Рады стараться, Ваше Благородие! Вот приятно слышать от истинного ценителя красоты оценку своего творчества. Ваня, а я с малых лет привык ко всему относиться с чувством, с толком и с расстановкой. Веришь, я даже в запои уходил хорошо подготовленным.

              - Это как?

              - В запой, как в бой!

              - Обоснуйте, пожалуйста, коллега.

              - Товарищ, запой – это вопрос серьёзный и требует к себе особого внимания. Посему, предлагаю вначале махануть по соточке, да и закусить картошечкой. А вот затем, товарищ, я Вам прочту лекцию на тему: «Как уйти в запой и вернуться обратно». Договорились, Ваня?

              - Принимается, Кеша. Вот только сделай мне, пожалуйста, всего лишь полтишок. Вы, Иннокентий Константинович, человек опытный и хорошо знаете, что выход из штопора должен быть плавным. А мне бы ещё сегодня ночь продержаться, да завтра день простоять. Потом, надеюсь, полегчает.

              - Как мне нравится обмениваться мыслями с опытным человеком!

             Кеша принялся аккуратно разливать спирт и воду по чашкам. Выпили, хрустнули луком и принялись неспешно ужинать. Лектор разбавил ещё одну порцию для себя, слушатель пока деликатно воздержался. Иннокентий выпил, приготовил для себя воды и приступил к лекции:

             - Иван, вот однажды ранним сентябрьским утром, выйдя на улицу, замечаешь упавшие листья, и становится тебе немного грустно - надо же, как быстро проскочило лето, - и идешь себе дальше по своим делам - вот так надо относиться и к запою. Прыжка в штопор уже не избежать, как смены времени года. Вот только что было лето, и вдруг пришла осень.  Как сказали бы в этом случае  классики марксизма – ленинизма: «Запой неизбежен как крах капитализма».

             - Иннокентий, это Вы сильно сказали! – восхищённый слушатель налил себе из чайника водички, попил и приготовился слушать дальше.

              - У меня обычно перед очередным запоем начинают покалывать кончики пальцев. Несильно так, но постоянно. А это, Ваня, уже сигнал, что до начала запоя осталось всего дня три – четыре. Поэтому, коллега, после выхода с предыдущего запоя я всегда усиленно работал и зарабатывал на следующий акт нашего нескончаемого марлезонского балета. Иван, главным условием для начала запоя должен быть работающий холодильник и телевизор. И ещё в квартире должен быть диван. Всё! Больше ничего не надо. Твой холодильник должен быть наполнен водкой. Закуску лучше хранить в виде консервов. Открыл, закусил, выбросил.

           Лектор сделал паузу, смешал для себя ещё один  коктейль, в этот раз более лёгкий и, глядя задумчиво в зарешечённое окно, продолжил:

            - Итак, товарищ, все условия для начала запоя соблюдены. И мы с Вами оба хорошо знаем, что для первой рюмки причин много, и они все разные. Причиной может быть и дождь за окном, и нехороший сосед за стенкой. И, может быть, у Вас такая имеется  причина, лично глубокая, что твоя Марианская впадина. Причина для первой рюмки – это дело сугубо субъективное. И вот первая рюмка пошла!

            Иннокентий, показывая на живом примере, маханул свою чашку. Иван заворожено проследил путь благородного напитка. Лектор занюхал кулаком и воскликнул:

           - Как хороша и сладка бывает холодная водка после многодневного перерыва, Ваня! И мы с тобой оба хорошо знаем, что после первой рюмки или стакана нам обратного хода уже нет. Отступать некуда, только вперёд. И затем идёт вторая рюмка, потом третья…

            Собутыльник с умилением посмотрел на Ивана:

           - И у тебя жизнь прекрасна и светла! На работу идти не надо. Холодильник забит под завязку огненной водой, телевизор работает, и ты на диване лежишь. Вот скажи, товарищ, что ещё нужно для простого человеческого счастья?

            Иван Рудольфович не выдержал, быстро смешал для себя спирт с водой и тоже маханул полтинничек для полного человеческого счастья. Выдохнул и ответил:

           - Да хрен его знает, товарищ.

           - Вот! А потом тебя обязаны поддержать друзья. Мы же с тобой, Ваня, как раз в том возрасте, когда друзья помогают усугублением, а не тащат из нашего свинского состояния  в терновый куст здорового образа жизни. Нам этого не надо, и друзья должны быть настоящие. Такие как мы с тобой!

           Иван задумался и поднял руку для вопроса:

         - Подождите, профессор! А завязать с бухлом сами не пробовали?

            Иннокентий загадочно усмехнулся:  

         - А зачем, Ваня? Чтобы потом всю жизнь мучиться и страдать, постоянно борясь с неуемным желанием выпить? Вся оставшаяся жизнь -  борьба? Да я большую часть своей жизни пью и вот никакой истины в здоровом образе жизни уже не вижу. Ещё древние говорили, что истина в вине, Ваня! А древних надо чтить и уважать.

         - Не знаю, не знаю, Кеша! Многие бросают, и у некоторых получается завязать навсегда.

          - Коллега, приведём Вам пример из жизни замечательных людей. Как - то была у меня подружка – француженка.

          - Ну, это Вы, заливаете, коллега!

          - Не из Парижу, конечно! Звали её Маша, переводчицей с французского работала и ещё туристов возила в Красное Село и  Петергоф. И довелось ей переводить книгу Марины Влади: «Владимир или Прерванный полёт», и вот интересные вещи она мне поведала. Коллега, вот в чём была личная драма у нашего Володи Высоцкого?

         Слушатель пожал плечами и устроился удобней за столом. Лектор продолжил:

          - Ваня, всё оказалось просто! Высоцкий сам не хотел бросать пить. И как только Марина не пыталась его вылечить, отправляла Володю во всякие клиники специальные, где несколько раз ему вшивали в тело новейшие  противоалкогольные  имплантанты. Замечу, импортные. А через несколько месяцев он сам их ножницами выковыривал и начинал пить. Думаешь, у Высоцкого не было выбора? Конечно, был, Ваня. И в наши больницы он не хотел ложиться, хотя какой от них прок? Говорят, так и умер в состоянии запоя от отравления алкоголем.

         - Так - то, Высоцкий!

         - Жаль, конечно, Володю! Сколько ещё бы песен написал и ролей смог сыграть. Иван, помянем Высоцкого?

         - Иннокентий, побойтесь бога! Не такими темпами. Иначе, путь гения мы повторим с тобой прямо здесь и сейчас. Хотя, куда нам, до гениев.

                - Понял! Спешить туда не будем. Ещё Чарльз Буковски утверждал, что к алкоголизму надо готовиться заранее.

                 - Коллега, Вы читали Чарльза Буковски?

                 - Мне всегда нравилось читать профессионалов. Взять того же Ремарка с его кальвадосом почти на каждой странице.

                 - Иннокентий, осталось только добавить Хемингуэя. Вот кто был профи этого дела.

                 - Полностью солидарен с Вами, коллега! Эрнест Хемингуей – известнейший алкоголик своего времени. Вот только закончил он свой жизненный путь не совсем хорошо.

                 Иван вздохнул:

                - Кеша, и мы с тобой туда же катимся…

                 Приятель замолчал и уставился на решётку окна. Молчали оба, и каждый думал о своём. Иннокентий Константинович, прикидывал, сколько же ему ещё отмеряно жизни с таким темпом поклонения Бахусу. Иван Рудольфович решал вечный вопрос: «Пить или не пить?». Жизненный опыт подсказывал, что перед сном надо будет ещё принять грамм пятьдесят. И столько же приготовить на ночь. Воду под рукой иметь обязательно. По любому надо будет уговорить этого Алика оставить на ночь дверь комнаты открытой. Иначе без туалета и раковины будет совсем плохо. Иван посмотрел на уже порядком осоловевшего Иннокентия и понял, что он к приходу надсмотрщика будет готов «в дрова». Оно и к лучшему. Алику будет спокойней оставить дверь незапертой. Надо будет перед ним тоже выглядеть примерно в таком же состоянии нестояния, как сосед по камере, то есть комнате. Иван сам разбавил спирт для товарища, себе налил только воду.

               - Иннокентий, помянем Володю Высоцкого и заодно всех упомянутых сегодня легендарных писателей.

               - Ваня, это сильный тост! Чокаться не будем.

               Собутыльник с трудом встал, с чувством выпил за упокой души усопших и устало опустился на табурет.

               Иван взглянул на единственные часы в квартире, будильник показывал, что до прибытия надсмотрщика осталось полчаса. Со слов Иннокентия он уже знал, что Алик всегда приходит вовремя. «Надо же какой пунктуальный азербайджанец оказался» - подумал Иван и решил сопроводить уже порядком захмелевшего Кешу до кровати. Сосед не стал сопротивляться, дал себя провести по стеночке до постели и вскоре захрапел. Остатки пиршества на столе Ваня решил не трогать. Пусть всё так останется для наглядности. В литровой бутылке спирта осталось ровно половина. Значит, они с Кешой уговорили примерно две бутылки водки. По одной на брата. Кто-то меньше, кто-то больше. Нормальная норма для запоя. И всё же Иван Рудольфович вылил в раковину примерно одну четвёртую часть бутылки. Осталась четвертинка спирта. Узник не знал, зачем он всё это делает. Иван интуитивно понимал, что пока надо просто усыпить бдительность Алика. А дальше будет видно, время покажет.

                Заскрежетал ключ в замке металлической двери и в квартиру – изолятор вошёл Алик. Иван сделал вид, что спал сидя за столом на кухне, и подал голос:

                - Кто там?

                - Сто грамм! – заулыбался надсмотрщик от своего остроумия и от привычной картины на кухне, - Иван Рудольфович, у Вас всё в порядке?

                - Спирт заканчивается, - узник решил не вставать с табурета и показал на опустевшую бутыль, - Алик, и ещё у меня к Вам будет личная просьба.

                - Слушаю внимательно, - азербайджанец присел на табурет и брезгливо отодвинул от себя сковородку.

                - Мне нужна зубная щётка, бритвенные станки, помазок и крем для бритья.

                - Там у раковины этих зубных щёток штук пять. Вам мало?

                Очень хотелось в этот момент ответить, чтобы Алик у себя на родине  чистил зубы хоть десятью щётками, а он будет чистить только одной, и только своей. Иван поднял голову и посмотрел прямо в глаза надсмотрщику:

                 - Уважаемый, я уже понял, что Вы интеллигентный человек. Это же вопрос личной гигиены. Что тут сложного?

                 Азербайджанец не отводил взгляд и внимательно изучал лицо этого спившегося русского. Пауза затянулась, Иван устало опустил голову. Алик спокойно ответил:

                  - Хорошо, Иван Рудольфович, завтра всё принесу. Что ещё надо?

                  - Иннокентий просил спирт обязательно с золотой этикеткой.

                  - Достали меня этим спиртом!

                  - По мне так всё равно, - Иван поднял голову, - мне бы ещё минеральной водички. Желудок у меня больной и слабый, завтра совсем плохо будет. Алик, не закрывайте, пожалуйста, дверь комнаты. Ночью мне без туалета и раковины совсем кирдык настанет. Всю комнату испачкаю.

                  Алик подозрительно взглянул на Ивана. Русский пьяно улыбнулся:

                 - Уважаемый, да мы же еле передвигаемся. А я даже встать не могу. Ну, куда мы на ночь глядя денемся. Мне бы ночью только до туалета дойти.

                  Ответ убедил надсмотрщика, была закрыта только входная металлическая дверь. После ухода Алика, Иван Рудольфович выдохнул, налил себе воды из чайника и залпом выпил. Если бы русский был бы верующим человеком, он бы сейчас перекрестился. Пока Иван не верил ни в бога, ни в чёрта, и не знал, что ему принесёт завтрашний день. И только одно алкоголик знал точно – эта ночь не принесёт ему ничего хорошего.

                   Ночью было тяжело. Очень. Аритмия, постоянное жжение в районе пищевода и желудка, чувство тяжести в боку, где печень, совсем не способствовали нормальному засыпанию, тем более сну. Подобное состояние даже трудно было назвать сном. Последствия сильной алкогольной интоксикация давали о себе знать. Произошёл сбой центральной нервной системы. Наступила алкогольная бессонница со своими кошмарными видениями и галлюцинациями. И всё равно подобная  дрёма сопровождалось постоянным желанием выпить. Иван Рудольфович знал, что эта ночь будет самой тяжёлой в процессе выхода из запоя, постоянно пил воду,  принял алкоголь только один раз под утро и забылся поверхностным сном.

 

Facebook Google Bookmarks Twitter LinkedIn ВКонтакте LiveJournal Мой мир Я.ру Одноклассники Liveinternet

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.