Глава 15. Из грязи – в князи.

«Дорогие мама и папа...
Скоро начинается осенняя проверка , которая будет длиться четыре дня. Ожидаем приезд комиссии из 10-15 офицеров из Барабаша. Будут проверять все от А до Я , а затем к нам прибудет ЧВС ( Член Военного Совета Армии) . Всем этим высоким гостям мы обязаны нашему домику и бане – из-за которых нас признали лидерами социалистического соревнования . С ужасом ожидаем эти визиты и готовимся к ним в бешеном темпе... Пока мы вкалывали на стройке, изучать армейские науки было некогда. И теперь у нас по всем дисциплинам провалы. Строем мы вместе ни разу не ходили , будем маршировать как медведи на танцполе . В политподготовке - «как дубовая роща» . Так нам замполит батальона позавчера сказал. Сегодня приехал замполит укрепрайона, поспрашивал ребят и дал еще более конкретную оценку...»

       А в это время ... Решил батальонный водила умение свое показать и впервые заехал к нам с провизией на ГАЗе прямо на территорию. Заехать то смог , а вот назад вверх по грязи никак. Разворотил ворота и часть ограды, да так и не выехал . Пришлось колючку снимать и рубить ему на сопку новую просеку. Пока управились , неделю он у нас прохлаждался . А как грузовик вытолкали наверх и пошли обедать , слышим вдруг с улицы свист взлетающих сигнальных ракет и истошные матерные крики часового Лягушкина. Выбежали на улицу , а там настоящее смертельное огненное шоу - между двух наших оград из колючей проволоки бегает ополоумевший от страха огромный лось , подрывает одну за другой сигнальные мины и врезается всей своей тушей то в один забор, то в другой . Как и зачем забрел он в разобранный проем внешней ограды не понятно – так близко лоси к нам никогда не подходили . А уж после того, как подорвал первую мину и ринулся метаться между двух контуров, так назад дорогу найти уже и не мог. И носился он с ошалелыми глазами, раздирая в кровь бока и морду о колючку , заваливая столбы и путаясь в проволоке под душераздирающий свист и взрывы сигнальных ракет , до тех пор, пока не выхватил лейтенант автомат у Лягушкина и не уложил бедолагу очередью в упор.
       Очень кстати замполит в это время у нас обретался. Нагрузил свой УАЗик мясом по самые помидоры и отбыл довольный. Нам тоже пара ног досталась – жесткое мясо, но на фарш для котлет вполне сгодилось. А ограду пришлось экстренно, всю ночь до утра восстанавливать – на следующий день мы ждали важную комиссию с итоговой проверкой из УРа.

       27 октября прошла итоговая осенняя проверка, на удивление быстро и без проблем.
Приехала куча офицеров. Поглазели кругом . Поохали :
- Что-то мрачновато покрасили казарму . И территорию не мешало бы лучше разукрасить .
- Так все в строгом соответствии с приказом генерала ... , товарищ генерал. Мы бы и сами рады....
- Ну, так и делайте , чтоб глаз радовался.
- Есть , товарищ Член Военного Совета , обязательно сделаем...- обрадовался за нас , за всех наш летеха .
Значит опять будем все разломанное и закрашенное восстанавливать и перекрашивать. Нам , конечно, не впервой это дело- все взад вертать, но уже что-то малость подзаебало. Интересно, надолго ли ?...

     С такими, вот, разговорами спустились мы все вместе к доту . И , вдруг :
- БОЕВАЯ ТРЕВОГА !!! ( учебная , конечно)
      Пришлось нам теперь в оба конца по склону по окопу бежать – снизу вверх в казарму за амуницией и вооружением, а затем обратно в дот. Но в норматив , хоть и с трудом, уложились.
Потом минут десять всякие вопросы нам задавали , в основном , почему-то только мне .
И все...
      Сдали! И не просто сдали, а первое место заняли, среди полусотни отдельных подразделений всего укрепрайона , находящихся на Боевом Дежурстве ! И положена нам была за это печенька, то есть награда: Старший сержант стал старшиной. Сержанты –старшими сержантами .

- А чего тебе надо? – спросил меня замполит - В отпуск второй раз не отпустим. Сержантом сделать не можем, по штатному расписанию не положено. Хочешь быть ефрейтором ?
- На халяву и уксус сладкий - согласился я и стал ефрейтором Советской Армии .
      А, что? Ефрейтор – птица редкая. Генералы тут и то чаще встречаются. Странно только, что ни кубка наполненного игристым шампанским , ни даже вымпела самого завалященького на торжественном построении нам не вручили. Да , честно говоря, нам это по барабану , где и какое место мы заняли. Мы же не знали , что с кем-то там соревнуемся – просто вкалывали.

       Официально осенняя проверка закончилась 29 октября , а у нас случилось еще одно событие – китайский вертолет пересек границу и пролетев почти над нами ушел в сторону Китая. Лейтенант позвонил в штаб. К нам примчался особист и заставил всех писать по этому поводу рапорты. После весь день нам названивали самые разные начальники из черт знает каких штабов и заставляли десятки раз повторять одну и ту же короткую историю. Потом приехали погранцы, сверялись по картам и выяснили , что вертолет залетел вглубь нашей территории на 1 километр , а локаторщики его проворонили – проводили какую-то техническую проверку. В результате командира локаторщиков тут же уволили. После недавнего случая с Рустом, приземлившего свою Сесну на Красной площади в Москве и срубившего этой выходкой погоны у многих десятков командиров, любые покушения на нашу территорию , а тем более с воздуха, приводили штабистов в панику и радиолокационные войска жили теперь в состоянии вечного стресса.

       31 октября , с первой же отправкой, нас покинул единственный дембель, замкомвзвод Киторук. Вместо него нам привезли молоденького сержанта , но уже семейного и имеющего маленького годовалого сына. Неужели нашей Армии этот парнишка был нужнее , чем его малышу?
       Я стал «дедушкой» и мне до дома осталось ВСЕГО пол года .... Нет, ЦЕЛЫХ пол года – это шесть, а то и семь долгих «казематных» месяцев ....

    4 ноября настала моя неделя быть поваром. Я решил сломать старую традицию и сделал на завтрак яблочный пирог. Всем понравилось и с тех пор у нас всегда были полноценные завтраки.

    7 ноября отмечали революционный праздник . Как всегда обильным столом с кучей пирогов.

   8 ноября стали готовиться к приезду очередной делегации командиров . На сей раз из Уссурийска. В укрепрайоне решили сделать из нас образцово-показательное подразделение и возить к нам всех посещающих Приморский край начальников. Блин, лучше бы электричество провели и валенки выдали!!!
     Весь ноябрь офицеры из разных частей табунами валили к нам как в Дом отдыха. Парились, охотились, ловили рыбу , столовались, объявляли боевые тревоги, глазели , как мы бегаем , работаем и давали нам массу «дельных» указаний.
     Поручений оказалось так много, что выполнить их в срок сами мы уже были не в состоянии ( все ожидали скорого визита какого-то генерала из самой Москвы) . Из-за восьмичасовых ночных караулов ( и не как раньше , а четко по Уставу и по двое ) «крыша» текла от бессонницы и кровь в ногах стыла от холода ( по ночам уже был минус и пять раз выпадал снег) . Поэтому к нам загнали для работ на территории взвод солдат из батальона, а штабные писари жили в нашей Ленинской комнате ( теперь у Ильича был не просто свой угол , а целая комната!) и рисовали свежие плакаты на старые темы. Мы же в поте лица опять перекрашивали стену и крышу казармы из стремного хаки в прежние веселые колеры.

     «Дорогие мама и папа. Сегодня 19 ноября- день артиллерии и ракетных войск – наш праздник. Все вместе готовим , как обычно, праздничный ужин. Погода морозная . Ветер. Ждем не дождемся, когда же нам привезут валенки...»

     В декабре от нас немного отстали. Появилась возможность снова ходить на охоту. Но без пропавшего Яшки с кабанами нам не везло. Молодой Спартак помогать не хотел и все время норовил убежать на соседний АПК к их суке . Посадили его на цепь и на охоту не брали. Поэтому пришлось обходиться редкой и тощей зайчатиной.
     Запасы овощей в подвале, благодаря непрошеным гостям, быстро таяли и к концу января от 2 тонн корнеплодов осталась только полная гниль . С этого момента нам стали присылать только сушеную картошку в больших железных банках, внешне и по вкусу очень похожую на строганное мыло.
     Из этого я тоже сделал очередной скороспелый вывод : Лезть из грязи в князи для солдат – это одна морока и никакой личной выгоды ( ефрейторская лычка за табаш не канает) .

      Глава 16 . Дембель ( начало)

     17 декабря я стал дембелем - начался обратный отсчет ста дней до моего приказа об увольнении из армии. В этот день, «когда министр обороны выбирает ручку , которой будет подписывать приказ» все «дедушки» становятся гражданскими людьми и продолжают носить форму лишь по недоразумению, хотя в мыслях они уже дома. Это самый почитаемый праздник в армии. Везде . Но не у нас.
       Каких только причудливых обычаев не напридумывали в разных военных частях в эту дату: зубной пастой дни на зеркале отмечают , таблички со своим именем на деревья вешают , маслом духов кормят, а где-то наоборот – пряжками попы отбивают . Где-то кашу из толченного печенья со сгущенкой все вместе едят , а где-то дембеля пируют , а остальные им прислуживают. Что ни часть, то свои правила . Но везде, абсолютно везде , последние сто дней , днем и ночью дембеля спрашивают у новобранцев :

- Сколько дней до приказа? Быстро говори!!!
     И не дай бог кому ошибиться. Это святое! … Но не у нас . Мы , как всегда, просто накрыли стол , напекли пироги и вместе их съели.
      Даже не знаю, что еще добавить по этой теме , чуть ли не самой знаковой во всех беседах об армии. Я не украшал как все дембельский альбом, а просто завернул в пакетик стопочку фоток сделанных и проявленных в тайне от офицеров. Я не павлинил парадную форму . Если бы она у меня и была, я все равно предпочел бы уехать в гражданке , только для того чтобы на несколько суток раньше стать свободным человеком. У меня никогда не возникало желания гонять и тиранить «духов». Наверное , я не был дембелем в полном смысле этого слова и упустил в армейской службе что-то очень важное и нужное ? Может и так, но я об этом никогда не жалел.

 Глава 17. Пришельцы из разных миров

       Новый Год и сразу три следующих за ним дня рождения, благодаря старым запасам и новым посылкам, вновь отметили обильными яствами. Но без телевизора. В плане культурного отдыха у нас так ничего и не изменилось. А 15 января , прямо во время празднования очередного дня рождения , произошло еще одно ЧП .
      Набив под завязку брюхо пирогами из толченного печенья , масла и вареной сгущенки, мы вышли на улицу подышать и покурить, неспешно глазея на звездное ночное небо. И в этот момент над нами пролетели три ярких огня , образующих правильный равносторонний треугольник и скрылись сразу за соседней сопкой. Ну, по крайней мере нам так показалось. Внешне это очень походило на падение самолета с бортовыми огнями.
      Мы позвонили в батальон и получив разрешение начальства вышли на поиски.
      Вскоре округу вместе с нами прочесывали и погранцы, и половина батальона. Три дня утомительных поисков ни к чему не привели и лишь на четвертый день выяснилось , что это из космоса прилетели обломки одной из орбитальных станций. И упали они не за соседней сопкой, а за добрую сотню километров . И , если бы не хваленая «армейская согласованность», нас бы об этом предупредили , и не пришлось бы нам столько бегать по таежному лесу по колено в снегу.

       Но на этом « космические» приключения не закончились.
      Так как стоять ночью на посту подряд 8 часов было долго, холодно и скучно , мы любили , лежа в окопе в обнимку с автоматом, наблюдать за единственным местом, где происходила хоть какая-то движуха, то есть за ночным небом. Небо зимой было практически безоблачным и ясным , с огромным количеством звезд, ярких и не очень. Глядя на его безбрежное величие , можно было запросто представить себя перед иллюминатором космического корабля и сразу возникало ощущение, как космическая даль всасывает меня в свои просторы.... Каждые минут пятнадцать небосклон на огромной высоте пересекали в разных направлениях малюсенькие светлые точки – спутники , отражающие солнечный свет. И вот, однажды я заметил , что одна из звезд ( средней яркости )вела себя подозрительно дерзко . Вопреки общим законам , она передвигалась по небу явно быстрее своих соседок , смещаясь в течении ночи в сторону китайской сопки и к утру пропадая за ее верхушкой. Мне показалось это странным и я несколько ночей следил за ней , прежде чем доложил о наблюдениях командиру. Тот вызвал особиста , который приехал и сделал предположение , что это не звезда, а прожектор на китайском аэрозонде. Особист приказал на трех АПК завести журналы и заносить в них время появления «звезды» из-за горизонта и время ее ухода.
       Первые недели мы справлялись с этой задачей прилежно. Потом стали постепенно забывать это делать , а после и вовсе забросили. Но в марте особист вспомнил о журналах и потребовал их к осмотру. Впопыхах мы заполнили «от балды» все пустые даты , проставив в большинстве дней надпись « Облачно».
Через пару дней особист сравнил показания всех трех журналов по одним и тем же датам и в гневе вернулся с логичным вопросом :

- Почему данные на всех АПК разные?!
- Наверно на других АПК солдаты обленились . Но у нас все точно , будьте уверены, - ответили я за всех.
- А может кто-то просто болт положил и не хочет на дембель?- Парировал он .
«Ну, на кой фиг я вообще о ней сообщил ?».- подумал я , но благоразумно промолчал...

        Тогда же, в январе произошло еще одно мистическое событие , которое тоже , вероятно, имело самое простое объяснение . Ночью часовой услышал визг Спартака , который забился в свою конуру и жалобно скулил. Пройдясь вдоль ограды часовой услышал тихое утробное рычание и струхнув быстро ретировался в казарму за дежурным сержантом. Утром у помойки мы обнаружили на снегу четкие тигриные следы, почти на том же самом месте , где якут сымитировал их летом. Все , конечно, приняли это за повторный розыгрыш , но якут божился, что на сей раз он не при делах. Но ни ему, ни узбеку стоявшему на посту, никто не поверил. Однако , на всякий случай, следы снова сфотографировали и отослали снимки комбату.

     Видимо тигры , даже фейковые, приносят удачу . Через неделю комбат получил повышение и уехал в Уссурийск , на зависть начштабу и замполиту, отсидевшим в батальоне уже больше десятки . Для меня это была не лучшая новость – комбат обещал демобилизовать меня с первой отправляемой домой партией, а что будет на уме у его сменщика я не знал...

      В первой половине февраля в наш медвежий ( тигриный) угол никто не заглядывал , только однажды зашли погранцы погреться и привели плененных ими недалеко от нас двоих китайских охотников. Видимо, на китайской стороне всех животных уже съели и их охотники стали чаще переходить границу , чтобы поставить проволочные ловушки на звериных тропах. На их беду , снег в феврале не выпадал и следы кед на твердом насте навели погранцов на их стоянку. Зла от охотников , конечно , никто не ждал. Тем более они шатались по нашей «отчужденной » зоне , не пересекая контрольно-следовую полосу. Но реальная возможность получить отпуск или медаль стимулировала пограничников бегать по китайским следам и сидеть сутками на морозе в засаде.
       Я впервые увидел местных китайских жителей и был удивлен легкости одежды, в которой они по несколько дней и ночей проводили в тайге . На них были одеты свободного покроя мешковатые штаны из однослойной хб ткани , простые куртки-ветровки без утепления и самые обычные летние кеды без шерстяных носков. В вещь- мешках , кроме охотничьего ножа и проволочных петель, нашлись только запасные носки и пара рисовых лепешек. Мы , в ватных штанах, толстых бушлатах, меховых шапках-ушанках и в валенках ( которые нам наконец-то привезли на исходе зимы) должны были казаться им неженками и принцессками. Очевидно, что условия их жизни и быта были гораздо суровее и тяжелее наших... А я то , жалея свой юный городской организм, попавший в этот дремучий край, думал что хуже, чем мне быть и не может....

       Ближе к 23-му февраля к нам снова зачастили делегации из разнообразных штабных командиров вместе с очередным новым комбатом. Они с интересом глазели на нас и наши постройки, как туристы на австралийских аборигенов - с долей удивления, жалости и брезгливости. Мы , как потешные ученые крыски , показывали им стандартную , отработанную до автоматизма, шоу-программу : посещение новой казармы с обязательным рассказом о старом провисшем потолке и одержанной в жестоком бою победе над крысами, сбор в доте по тревоге , осмотр помещений фортификационного сооружения с заглядыванием на Китай в прицел пушки, парилка в бане с купанием в снегу и байками про тигра, чаепитие на улице и наблюдение за работой аборигенов, весело распиливающих двуручной пилой очередное десятитысячное бревно.
       Кто-то из этих «туристов» завез к нам вирус и после Дня Красной Армии мы все как один , то есть разом, закашляли и затемпературили под 40, что не избавило, к сожалению, от необходимости выходить на пост, колоть дрова и готовить пищу.

      Глава 16. Дембель (продолжение)

      В марте , с наступлением весны , я всерьез озаботился моим предстоящим увольнением домой. Оформлять дурацкий «дембельский альбом» я , конечно, не стал . И парадной формы у меня по-прежнему не было , так что и «затачивать по правильному» мне было нечего.
      В батальоне у половины солдат тоже не было подходящей по росту парадной формы , а увольняться в рабочем хэбэ было запрещено. Мы спросили в штабе, в чем же нам ехать домой , но в ответ там только развели руками и предложили написать родителям просьбу выслать гражданскую одежду. А заодно и деньги на авиабилет!!! Как выяснилось, армия готова была оплачивать нам только жд билеты. А так как тех, кто служил далеко от дома , отправляли самолетами , надо было доплатить разницу в стоимости авиа и жд билетов. В моем случае выходило аж 70 рублей (!) – форменное свинство. Узнав об этом , я сказал , что с удовольствием прокачусь неделю в поезде, но мое желание , как принято, всем было до луны...
       Делать нечего, я стал закидывать маму просьбами выслать мне мои брюки, рубашку и кроссовки. В ответ она долго отмалчивалась, а потом прислала мне сразу две посылки с .... конфетами, гречкой и сухофруктами !!! Но без одежды !!! Я был в шоке . Мало того, что я в каждом письме просил не слать мне конфет , которые я не любил никогда ( я даже торты ел с хлебом, чтобы было не слишком сладко) . Мало того, что гречки в армии было больше , чем в магазинах на гражданке , а на сухофрукты для компота мы уже смотреть без отвращения не могли. Так и одежду она твердо решила не высылать из-за своей искренней уверенности , что в армейской форме домой ехать через всю страну для меня безопаснее !!!!! Кто-кто, а моя мама за эти два года точно не изменилась.... На своих позициях она всегда стояла тверже скалы. И какими бы парадоксальными и не логичными не были ее заблуждения, переубедить ее в чем-то было архисложной задачей. Но другого выхода у меня уже не было и я бомбардировал свой дом в марте полудюжиной писем с одной единственной темой :

«Дорогие мама и папа…
... Я бы с удовольствием поехал домой в военной форме. Но, как я уже писал, я не могу достать парадной формы своего размера ни на АПК, ни в батальоне на складе. Не удивляйтесь, это армия и больше всего тут не хватает именно того, что должно быть в первую очередь – порядка. Многим в батальоне не только выдали форму другого размера, как мне, но и просто чего-то не выдали. Проблемы с сапогами, шинелями, хэбэ, пш... Нет даже знаков классности, отличник службы и воин-спортсмен. Если бы я знал, что вы не вышлите мне гражданскую одежду, я бы постарался достать , выменять или купить ее где-нибудь в Барабаше , но сейчас на это уже нет времени. Я не могу выехать с АПК – у нас одна проверка за другой...»

     В конце марта пришло очень неприятное известие о том , что предстоящая 10 апреля весенняя проверка будет лишь предварительной – армейской ( только в нашем округе) . А общевойсковая пройдет в мае и значит увольнять домой начнут только с конца мая . Также нас предупредили, что теперь проверки будут гораздо серьезнее , чем раньше , так как новый министр обороны решил устроить в армии «коренную перестройку». Что значит в представлении офицеров «коренная перестройка» мы поняли на следующий же день. На АПК приехала очередная комиссия , следом за ней еще одна и еще – буквально каждый день. Рекомендации и советы , чем нам следует заняться посыпались, как из рога изобилия: реальные , не реальные и просто абсурдные ( например, отколупать с орудий всю краску и покрасить в «более хорошую» ) . Опять вспомнили про животноводческую ферму и приказали строить загон для двух коров, сарай и амбар для сена! С утра до вечера мы занимались всяким украшательством, превращая артиллерийский полуканонир в смесь английского парка и потемкинской деревни.

«Дорогие мама и папа ...
…5 апреля на АПК приехал корреспондент «Суворовского натиска» - очередной военной газетки, из числа тех , которые хранят только ради использования в сортире. Думали, будет что-то расспрашивать, фотографировать. А он сразу потребовал себе баню. Попарился и был таков...»

 

Глава 18. Пожар

     А 6 апреля, всего за четыре дня до весенней проверки, у нас случилось не просто ЧП, а настоящее Чрезвычайное Происшествие.
      Мы еще только начинали завтракать в расположении, когда наш лейтенант уже схавал свою порцию , вышел на крыльцо, затянулся сигареткой и окинул взглядом вверенную ему территорию. На что бы не падал его взгляд, все было просто изумительным. АПК , по крайней мере внешне, выглядел абсолютным совершенством . Все , что только возможно, было аккуратно покрашено, посажено, поставлено и разложено.

«Что же тут еще можно улучшить?»- задумался он и полной грудью блаженно вдохнул свежий весенний воздух.
         Стояла жаркая солнечная погода – настоящая благодать после долгих зимних вьюг.. Снег на открытых участках давно стаял , но всю землю вокруг казармы покрывал толстый светлый слой прошлогодней пожухлой травы. Именно трава, своим мусорным видом нарушавшая общую идиллию, привлекла к себе внимание лейтенанта.
«А не сжечь ли ее?»- Вспомнил он свои детские забавы. – «А, что ? Не плохая идея. Хоть какое-то развлечение.»
- Часовой ! Ты где? Иди ка сюда...
- Дай мне автомат, повесь амуницию на куст , возьми лопату. Если что – тушить будешь...
Сказал это и не долго думая поднес сигарету к сухой травине. А зря! Лучше бы подумал...

      Когда ,услышав крики , мы выскочили на улицу , думать было уже поздно. Сухая трава , вспыхнула как порох и огонь неистовым шквалом понесся вверх и вниз по сопке в сторону колючего ограждения. Подгоняемый порывами свежего ветра, огонь быстро распространился по территории, проскочил под двумя рядами колючки и устремился в сторону леса, оставляя за собою догорающие кусты и черный дымящийся ковер . Попытка часового догнать убегающее пламя закончилась падением через два шага в клубках незаметной путанки. Его подсумок с патронами оказался на пути огня вместе с кустом, который заполыхал как кострище . Раздалось два выстрела и беснующийся на цепи Спартак испуганно завизжал. Молодой лейтенант, шокированный случившимся, стоял неподвижно и как завороженный смотрел вслед убегающему пламени...
       Я выхватил лопатой из огня остатки подсумка с автоматными рожками и побежал следом за остальными , но путанка и колючая проволока помешали нам перехватить огонь на подходе к лесу. Дойдя до деревьев , стелющийся по земле огонь превратился в полноразмерный пожар и набирая силу пошел в сторону от «каземата» вдоль границы. Густая и высокая прошлогодняя трава, превратившаяся в толстый сухой ковер, вместе с молодой порослью и упавшими на землю сучьями стала лакомой пищей для огня. А благодаря сильному порывистому ветру пламя неслось стремительно и шумно..
      Прошлым летом мы уже тушили небольшой пожарчик , непонятно каким образом возникший в лесу и знали, что самая главная наша задача - любой ценой не допустить перехода пламени на территорию Китая. Иначе «не миновать нашей стране международного скандала» , а нашим командирам строгих выговоров.
      Чтобы обогнать бегущее по сопке пламя , мы спустились к речке и двинулись параллельно ему по каменистому берегу . Пробежав с полтора километра, мы вышли к сильно заросшему участку леса. Толстых деревьев тут почти не было, но высокие тощие стволы росли так густо, что продраться между ними по крутому склону было практически невозможно. Кроме этого, ветви и стволы деревьев были опутаны прочными как лианы побегами лимонника . Высохшим деревьям падать в этих зарослях было некуда и они висели на живых, представляя из себя идеальное топливо для огня. Река в этом месте была узкой и зеленые кроны, свисающие с разных берегов , переплелись над водою , образовав естественную переправу для пожара.
      Намочив в реке снятый бушлат , я немного поколебался, глядя на стремительно приближающуюся стену ревущего огня, и прыгнув в холодную воду с головой , направился к противоположному берегу. Несмотря на необычно жаркую для ранней весны погоду , талая вода в речке оказалась студенее чем я ожидал, но жар от приближающегося со страшным треском пламени намекал , что мерзнуть мне осталось не долго.

- Бежим на сопку! Тут огонь не остановить, - скомандовал Шевченко .
      Метров через сто от речки вверх по склону , который поднимался в сторону китайской границы, в том месте , где мелких деревьев и сухой травы было меньше всего, мы развернулись цепью и принялись лихорадочно расчищать лопатами широкую полосу земли . Не заметив преграды, огонь перекинулся через речку и подгоняемый ветром двинулся снизу вверх к нашей оборонной линии . Едкий клубящийся дым, вместе с тлеющими травинками полетел в лицо, закрывая обзор и мешая дышать. Сожалея, что не догадался захватить из казармы пилотку , я снял из под хэбэ свое зимнее белье ( белую майку с длинными рукавами) и намотал вокруг головы , прикрыв волосы, рот и нос. .

- Может поднимемся к китайской противопожарке? - предложил кто-то , как и я, с ужасом разглядывая сквозь клубы дыма стихию , бушевавшую на противоположной стороне речки.
- Отставить ! При таком ветре, на широком фронте огонь не остановить . Будем держать тут - у реки , пока по всей сопке не разбежался . Я вызвал подкрепление. Надо продержаться! Окапываемся!- Это наш лейтенант связавшись с соседями , догнал нас и взял на себя тактическое и стратегическое командование , оперируя привычными военными терминами.

       Уперевшись в наш рубеж, огонь проворно пополз вправо и влево. Пришлось разделиться . Двое с командиром, остались в центре обороны. Я и Шевченко , поделив бойцов , отправились на фланги . Через какое-то время к нам присоединилась дюжина погранцов и полтора десятка солдат с соседних АПК. Вместе мы продолжали более часа удерживать расползающийся вдоль речки фронт огня , не давая ему подниматься к китайской стороне сопки, пока не подошли свежие силы из батальона .

     И вот, когда победа казалась почти в кармане , сквозь дымовую завесу , я увидел еще одну стену огня, которая быстро надвигалась , но не снизу , а сверху и сбоку . Огонь смог перебраться через речку где-то дальше вверх по течению и теперь стремительно захватывал новые территории выше и сбоку от нас , приближаясь к китайской территории. Боевые пожарные порядки дрогнули и все устремились наверх к противопожарке . Я с пятью товарищами по несчастью оказался ниже всех , с краю. Поздно заметив угрозу , мы не успели подняться за остальными и оказались в огненной ловушке. Сверху и сбоку от нас горел лес, но в нашу сторону почти не продвигался , так как растительности в этом месте было не много , а ветер дул в противоположную сторону . Снизу от нас тоже бушевал огонь, но мелкие палки и ветки , лежащие на земле вместе с листвою , уже прогорели . Мы оказались на последнем зеленом острове, который полностью заволокло дымом . Следующие час , два или три ( часов ни у кого не было) мы отчаянно обороняли свой пятачок , который постепенно уменьшался и уменьшался . Дым щипал глаза и забивался в легкие. А где-то наверху основные силы столь же мужественно обороняли от огня китайцев, не подозревая о нашем плачевном положении.

      Во второй половине дня ветер резко переменился и столь же активно подул прямо в противоположную сторону, погнав пламя назад, на уже опустошенные территории. Это стало фантастическим подарком для всех , кто находился в полукилометре на верхушке сопки. Но не для нас! Порывы ветра сверху понесли искры через расчищенную нами полосу прямо на кучи хвороста и сухой листвы, которые мы не успели оттащить достаточно далеко . Последний островок покрылся огненными очагами, которые быстро превращались в пылающие факелы . Оставаться на нем не было смысла. Единственным спасением был путь вниз к речке через уже прогоревшие участки леса, где продолжали полыхать только отдельно стоящие крупные деревья. Но кучи пепла на земле все еще источали едкий дым, который закрывал обзор и не давал дышать даже сквозь скомканные майки. Бушлаты давно погибли, лопаты стали обузой… Однако, выбора не было…

     Я вместе со всеми ринулся вниз , надеясь на удачу , но через несколько метров услышал сзади от себя вскрик и яростную ругань.По инерции сделал еще два шага , остановился и присев на корточки закашлялся от едкого дыма.

- Помогите! Я ногу сломал!- раздался повторный крик Лягушкина . Он не мог меня видеть , но слышал кашель и позвал на помощь. Следом раздались громкие стоны перемежаемые отборным матом.

Лягушкин не нравился мне с первого же дня , как я появился на «точке». Он вел себя как шакалы в учебке – заискивал перед старослужащими и пытался командовать ребятами своего призыва, то есть мною. Не слишком богатый внутренний мир тракториста в полной мере отражался на его мимике . Вообщем тип он был весьма мне не симпатичный, да к тому же одолел меня в боксерском поединке (что не удивительно , учитывая что вырос он в деревне и опыт в махаче имел несомненно больше). И хотя плясать под его дудку я все равно не стал, приятельских отношений у нас никогда не было. Короче, я сразу понял , что у меня появилась хорошая возможность его проучить, тем более моя собственная шкура уже дымилась, глаза слезились, а легкие заполнились дымом.
     «Надо бежать вниз!»- Взывал разум и организм подавал очевидные болевые сигналы побуждающие меня продолжить собственное спасение. Я представил, что не смогу выбраться из пламени и больше никогда не увижу своих родителей. Мне стало жутко страшно и я … пошел в обратную сторону. Лягушкин кашляя и матерясь медленно хромал мне навстречу, волоча левую ногу.

- Хватайся , лягух - сказал я и подставил ему плечо.

      Идти вниз по неровным камням , неожиданно проваливаясь ногами в кучи горячего пепла , при этом таща и поддерживая другого, оказалось не реально. Я положил руки Лягушкина себе на плечи и потащил его вниз на спине , согнувшись пополам под его весом, почти волоком . Несколько раз припадая на колено , я думал, что все - сил встать нет и не будет. Мышцам и мозгу не хватало кислорода . Легкие разрывал кашель и последние метры просто стерлись из моей памяти , как будто их и не было… Как-то добравшись до речки, я заполз в нее и долго лежал не чувствуя , что вода все такая же холодная , как и несколько часов назад…

       Лишь к вечеру все вернулись на АПК грязные, обожженные и усталые. Стоял терпкий запах гари, а местами еще догорали отдельные крупные деревья , озаряя при каждом порыве ветра местность всполохами тлеющих углей . Подсчитали убытки : два хэбэ, пять бушлатов, четыре лопаты , три прически ( не считая моей дембельской челки) . Наша некогда образцово-показательная территория выглядела более чем плачевно, но казарма, баня и туалет, оказавшись в стороне от движения огня, не пострадали.

      На следующий день приехали комбат с замполитом и особистом. Походили по окрестностям. Поцокали языками. Каждый из нас написал объяснительную , в которой , как под копирку, свалил всю вину за пожар на вылетевшую из печной трубы искру. Так как всем было выгодно поскорее замять эту историю, наши объяснения были приняты без лишних вопросов. Лейтенант отделался крупным испугом , а мы новым фронтом восстановительных работ. Меня же, как особо отличившегося, обещали отправить домой самым первым самолетом . Медаль «за спасение сослуживца в пылу борьбы с командирским разгильдяйством» мне не полагалась, а более подходящей формулировки не придумали.

 

Facebook Google Bookmarks Twitter LinkedIn ВКонтакте LiveJournal Мой мир Я.ру Одноклассники Liveinternet

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.