NB! В текстах данного ресурса местами может встречаться русский язык +21.5
Legal Alien
Литературный проект
+21.5NB В текстах данного ресурса местами
может встречаться русский язык!

Последняя неделя перед возвращением домой оказалась невероятно насыщенной. Уже пришла из Союза наша смена – пришвартовалась вторым корпусом свежая лодка, и мы принялись вводить в курс дела наших бледнолицых братьев. Большая их часть в тропиках, да и вообще за границей, ещё не бывала, поэтому приходилось объяснять порой совсем элементарные вещи: как не обгореть до волдырей в первый же день, как не переусердствовать с кондиционером и не слечь с ангиной, как избегать мест, где ещё можно нарваться на американскую мину или наступить на мирно спящего скорпиона, а то и вообще – получить за шиворот сколопендру.

– Варана бойся больше всего! Увалень вроде и хвостом виляет, но это совсем не друг! – поучал штурман своего вновь прибывшего коллегу. – У него во рту тридцать тысяч бактерий! Подойдёт потихоньку, укусит: немножко так… прижмёт… и отпустит. И всё! Теперь ты его! Будет за тобой ходить день, два… неделю… пока от заражения не помрёшь. Милая животинка… А как увидит, что упал – он тут как тут, тебя и скушает. Всё мило и интеллигентно, не то что какой-то там беспредельщик-крокодил!

Но это всё были мелочи, важные вопросы – где водка не палёная и повкусней, где у хунтотов можно что прикупить подешевле или подороже продать – мы оставляли на потом.

Сразу же был организован переезд вновь прибывших в казарму с передачей им наших кают, кубриков, кроватей, тумбочек, кондиционеров и прочего движимого и недвижимого имущества. Распростившись с привычным комфортом, мы перебрались на подводную лодку, где в тесноте, но, как водится, не в обиде, и провели последнюю неделю перед отходом.

Спешно было организовано пополнение всевозможных запасов. Хоть переход из Вьетнама во Владивосток и невесть какая кругосветка, но, помня о недавней голодовке, когда из сухарей и воблы коку приходилось готовить и первое, и второе, и третье, мы получили двойную норму продовольствия и пресной воды. Запас, как известно, карман не тянет и даже если не понадобится сейчас, ему всегда найдется применение после. К тому же могут ещё и завернуть с полдороги, а то и вообще в автономку послать...

Пару дней простояли на внутреннем рейде у борта танкера «Ахтуба», принимая топливо и машинное масло. От шныряющих хунтотов не было никакого спасения – их джонки постоянно паслись возле нас в надежде чем-нибудь поживиться. Уважительно поглядывая на толстый шланг, перекинутый с танкера, потирая руки и плотоядно облизываясь, они, видимо, уже подсчитали ожидаемую прибыль, мысленно её поделили и потому готовы были на самые решительные действия. Останься мы на рейде ещё хотя бы на сутки, подводную лодку, без сомнения, взяли бы на абордаж.

Пока же нас бесцеремонно пытались купить: трясли пачками денег, варёными джинсами, звякали бутылками местного рома и соблазняли разными колониальными товарами. Не договорившись и не совратив экипаж на хищение социалистической собственности днём, эти змеи не оставляли попыток и ночью. Под покровом темноты десятки юрких джонок подплывали к самому борту подводной лодки, и пока одни продолжали искушать запретными плодами цивилизации, другие втихаря пристраивались с другой стороны с намерением что-нибудь отрезать, открутить, украсть... Изобретательности их не было предела. Однажды я собственными глазами видел, как обычный хунтот самой тщедушной наружности, поелозив пяткой, отвернул на палубе бронзовую заглушку, которую и гаечным ключом-то не просто было открутить. А пару раз его подельники пытались даже просверлить топливно-балластную цистерну ручной дрелью!

Отпугивать их стрельбой, как это делали раньше, было бессмысленно, да и небезопасно: хунтоты уже знали, что стрелять на поражение по ним не будут. Да и трудно напугать автоматной очередью прожжённых вояк, не так давно вылезших из окопа. Кроме того, практически в каждой джонке имелось своё оружие, и случалось, что в ответ на наши предостерегающие выстрелы с моря нёсся рой вполне реальных пуль, о чём свидетельствовали неприятные посвистывания над головой и высекаемые из корпуса искры.

Вернувшись к пирсу, мы продолжили подготовку к переходу домой. Покрасили корпус подводной лодки, придав ему по возможности товарный вид. Закрепили всё по-штормовому, проверили, подтянули на стеллажных торпедах бугеля. Открытый переход через четыре моря в надводном положении предполагал в пути хорошую качку, поэтому такие приготовления были совсем не лишними.
Провели лечебный цикл аккумуляторной батарее. Это когда полностью заряженную батарею надо разрядить в ноль, а потом опять зарядить. Всю ночь растянутая на швартовых, словно стреноженная лошадь, подводная лодка взрывала винтами чёрную воду – средняя и бортовые линии валов работали враздрай, расходуя электроэнергию.

Закончили под утро, когда со дна вместе со всякой дрянью всплыл труп – синий, распухший, неизвестной национальной принадлежности. Командир надел очки, посмотрел – вроде не из наших. На всякий случай проверили, посчитали своих. Мёртвому уже всё равно, а для живых – лишнее беспокойство, потому, чтобы не создавать никому проблем, командир приказал оттолкнуть утопленника баграми подальше – пусть плывёт по своим делам.

Накануне намеченного дня выхода собрались на берегу в казарме, где мы присутствовали уже в качестве гостей. И как водится, проводы обернулись грандиозной пьянкой. Сначала была выпита вся водка, которую принесли с собой, потом весь спирт, которым принимающая сторона запаслась загодя, в итоге пришлось несколько раз бегать на корабль, извлекать из заначек неприкосновенные запасы.
Под утро, когда кончилось всё, мы шумной компанией завалились в кабачок к другу Хуаню. Его жена, очаровательная Чанг, была нам очень рада. Друг Хуань тоже, но подозревая, что платежеспособность наша стремилась к нулю, а кредитовать нас было уже совершенно бессмысленно, особо радостных эмоций не выказал. Тем не менее, на стол было выставлено несколько бутылок хунтотовки, и веселье продолжилось. Вновь зазвучали цветистые тосты: за флот, за боевое братство, за дружбу народов, за смерть мирового империализма и за всё такое же хорошее…

Стало уже светать, когда, выпив у Хуаня абсолютно всё, мы построились в колонну по двое и, горланя «Варяга», строевым шагом двинулись к себе на лодку. Пожелав нам попутного ветра, семи футов под килем и всяких флотских благостей, провожающие тем же манёвром – строем и с песней – замаршировали к себе в казарму.

Очень скоро стало ясно, что спиртное, выпитое у Хуаня, было явно лишним. И не потому, что раскалывалась голова, а во рту будто нагадили кошки. Нет, молодой организм прощает и не такие издевательства над собой. Возникла проблема несколько иного плана.

Не знаю, кто и когда успел подмешать в хунтотовку пурген, но это была форменная диверсия… Утром на корабле сложилась критическая ситуация: некому было управлять подводной лодкой! Все офицеры толпились в очереди у единственного надводного гальюна, сменяя друг друга по кругу, и боялись отойти от него далее чем на метр. Страшно подумать, что могло произойти, догадайся неизвестный злоумышленник добавить к пургену ещё и снотворного.

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.
Комментарии для сайта Cackle
© 2022 Legal Alien All Rights Reserved
Design by Idol Cat