NB! В текстах данного ресурса местами может встречаться русский язык +21.5
Legal Alien
Литературный проект
+21.5NB В текстах данного ресурса местами
может встречаться русский язык!

"Титановая красавица", она же пла "Нижний Новгород" прибыла на акваторию СРЗ "Выдра" 05.02.2001 года. В рассказе я буду называть её для краткости "Кондор". Это шифр проекта 945А. Сейчас времена такие, что тактические номера подводных лодок запросто можно встретить в открытом доступе. Но меня учили, что этого делать для боевых пла нельзя. Поэтому и не буду, хотя очень люблю называть их по номерам.

В этот же день я убыл знакомиться с лодкой и её начхимом. От души и искренне радуясь:

-"Наконец-то лодку ремонта и целого офицера в подчинение дали!"

Впрочем, через полчаса я уже не радовался, а тихо охуевал, попутно начиная звереть:

Понимаете, эти замечания высосаны мной не из пальца и немедленно отпечатаны, доложены по команде своим начальникам по специальности Завирюхе и Чернышёву рапортом не для обозначения своей важности. И прикрытие собственной жопы тут на последнем месте. Я до сих пор искренне считаю, что на некоторые вещи настоящему профессионалу хуй ложить нельзя. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Возможно именно поэтому, по выходу на пенсию я и испытал истинное счастье офицера (в моём понимании) - у меня нет трупов за спиной. А замечания эти - они достаточно серьёзные для боевой вообщем-то пла. Пусть и находящейся годами в резерве какой-то там непонятной категории. Я такого блядства даже на ОФИшной лодке никогда не понимал. Впрочем, на ПКЗ я чуток остыл и подумал:

-"Да ладно, лейтенант молодой, сработаемся. Надо - воспитаем. Он же в море был!"

Я всегда первоначально оценивал подчинённых мне людей по себе. Как бы примеряя их отношение к службе и жизни, манеру поведения. Сам же я в море побывал, недостаточно, считаю. И это была не вина моя, а беда. Начхим же "Кондора" был в нём, как впоследствии оказалось, аж... три дня. И, видимо, ему этого хватило. Возможно, именно поэтому из моих попыток его перевоспитать, сразу скажу, ничего не вышло. Знаете, когда офицер по характеру - ни рыба, ни мясо, это ещё полбеды. Когда же он годами используется своим командованием не по прямому профессиональному предназначению, и это его устраивает - вот это страшно. Специальность его не интересует, делает он всё на "отъебись", склонен к прямому обману и требует постоянного контроля. Поэтому, когда он наконец-то перевёлся в Гатчинскую 225 -ую Центральную лабораторию РХБЗ ВМФ "двигать науку" в неизвестном мне направлении, многие вздохнули с облегчением. Я - первый. Далее я намерен упоминать его только в третьем лице. Да и то много чести. Как говорится:

-"Помер Максим, да и хуй с ним!".

А вот знакомство с группой "К" "Кондора" я и сейчас вспоминаю с улыбкой. К тому времени у меня скопилось большое количество портативных дыхательных аппаратов (ПДА) и регенеративных патронов к ИП-6. Доставшихся мне по наследству от начхимов утилизируемых пла. Уже списанных по бумагам, но абсолютно годных в учебных целях. И решил я устроить показную тренировку со всем личным составом пла (в таких случаях даже вахта подменяется и идёт на отработку), с фактическим в них включением. Поскольку дело это нужное и важное. "Пищевик" (спирт-ректификат ГОСТ 5962-67), шило из категории "очень вкусное", для этих дел подводники получили сами.

Я же открыл тактический кабинет на третьей палубе ПКЗ-141, расположенный по соседству с моей "шхерой" - бывшим официальным химическим складом, разложил ПДА*шки и ИП*ики с запасными регенеративными патронами РП-6 по столам. Но марлевых тампонов для протирки масок начхим "Кондора" не принёс, народу маловато, да и идёт всё как - то не так, вяло и неактивно. Убыл я в свою каюту, поскольку перевязочно-протирочного материала у меня было в избытке. Вздохнул глубоко и тяжко да и ёбнул стопочку для бодрости. Возвращаюсь:

- "Мама моя дорогая! Что ж ты, Женя, натворил?!" - экипаж в двухшереножном строю, старпом мне докладывает. -"Нихуяссе!" - подумал я, ответив -"Есть!".

И дело пошло. По результатам тренировки организовали процедуру знакомства в моей каюте. Шило - лодочное. Сало - моё. И убыли командир Михаил Юрьевич Коцегуб, старпом Андрей Анатольевич Шепеленко и замполит Володя Кублицкий в заводскую столовую на обед. А я к тому времени уже полностью прекратил порочную практику обеденных поездок домой, в Полярный, и брал еду с собой. Ибо когда подремлешь днём минут 40-45 хотя бы, вечером голова свежая. Да и удобнее так. Кстати, вскоре Володя при встрече передал мне от группы "К" спасибо за эту тренировку. Поскольку, как оказалось, человека четыре из экипажа включились в ПДА и ИП-6 фактически первый раз в жизни. Получается, удалось совместить полезное с приятным. Вообще же, вопросов по ходу ремонта была уйма. Но трёх вышеперечисленных офицеров мне хочется от души поблагодарить. Поскольку служить рядом с ними, да и просто общаться было приятно. Всегда. И без исключений.

Вообще - то рассказать всю историю восьмилетнего почти ремонта в одном рассказе нереально. А тянуть кота за яйца, путём публикации серии рассказов не вижу смысла. Поэтому дальше пойдёт "краткий калейдоскоп воспоминаний", скажем так. Частично историю о том, как на "Кондоре" сожгли реактор, я уже рассказывал. Забыл упомянуть только предысторию. В те далёкие уже времена прощания с недорезанным "проклятым коммунистическим прошлым" стали модны всяческие обалденнейшие инициативы товарищей политработников. Инженеров человеческих душ. Которые в большинстве своём быстренько перекрасились и стали агитировать уже за демократию. Но всё нужно делать без фанатизма. Я с большим уважением отношусь к чувствам истинно верующих, но, извините, всегда были, есть и будут батюшка и тупо поп. Так вот на "Кондор" политрабочие привели именно попа. Который и охуел с натуги прямо на пирсе:

-"…на вашей подводной лодке число Диавола, я освящать её не буду…".

Долго ли долбоёбам сотворить хуйню, умеючи? Набили бортовой 662 вместо 666. Помахали там кадилом, окропили святой водой, да и отправили лодку в море. В результате…(читай рассказ "Забытая Двадцать Седьмая…"). И вот скажите, мистика это или нет? И кому, блядь, какая нахуй разница, что за цифры на ограждении рубки написаны?!! Подлодка, как ласточка, до этого неоднократно под тремя шестёрками в море летала. Без замечаний.

Я, если уж совсем честно, активно недолюбливаю многоцелевые пла - места маловато. Но в проект 945 и его модификации просто влюбился. Титановый корпус - это вещь, знаете ли. Да и свободное пространство внутри прочного корпуса очень рационально и грамотно использовано – тесноты абсолютно не ощущается. Но что-то я совсем увлёкся и отвлёкся! Впрочем, как всегда. Ведь я люблю подводные лодки, а рассказывать про них - ещё больше.

Цитата: "Самый известный инцидент с участием субмарины проекта 945 произошел в феврале 1992 года, во время учений. Находясь в пределах российских территориальных вод, близ острова Кильдин, подводная лодка К-276 "Краб" (впоследствии переименована в Б-276 "Кострома") протаранила американскую АПЛ SSN-689 "Baton Rouge". Эта многоцелевая субмарина типа "Лос-Анджелес" пыталась, оставаясь незамеченной, следить за ходом маневров. Результат столкновения для американских моряков оказался довольно печальным – на лодке вспыхнул пожар, последствия которого в конце концов привели к списанию боевого корабля." Источник: ( https://militaryarms.ru/voennaya-texnika/podvodnye-lodki/proekt-945/ ). Там же Вы сможете прочесть про все лодки серии достаточно подробно. На фото вверху, кстати, помимо "Костромы" и "Нижнего Новгорода" слева и фрагмент моей 149 -ой. Разве я мог тогда подумать, что мне предстоит заниматься ремонтом "Кондора"?

К тому времени, как появились реальные большие деньги на ремонт подлодки, и было принято окончательное решение её не утилизировать (а рассматривался и такой вариант); уже насильно внедрили компьютерную версию (распечатали официально года через два) НОРБ-ВМФ-2004. И подписать контрольные уровни радиационных факторов в медслужбе КолФлРС, как раньше, уже было нельзя. КУ РФ нужны на каждый новый вид работ. Это железяка (обязаловка) и проверяется Инспекцией УГН ЯРБ неукоснительно и беспощадно. Поскольку этот документ - установленный барьер (порог). А за ним здоровье и жизни людские. ОСПОРБ-99 и НРБ-99, руководящие документы по РБ, созданные врачами-радиологами, я уже освоил. Честно говоря, с трудом. Впоследствии я использовал их как снотворное. Поскольку прочтение странички-другой этих заумных фолиантов вызывало у меня через пять минут здоровый сон. НРБ-99 я до сих пор считаю образцом документа, сделанного профессионалами с абсолютнейшим презрением к остальному населению планеты Земля. А ведь часть населения его не только читала, а ещё и вынуждена была использовать в повседневной деятельности!

Делать нечего. Флагманский химик обязан либо отстоять один рентген в трюме, либо... Впрочем второй вариант (обмана) в моём лично случае никогда не рассматривался. Взял я у Миши Степанова, нашего дивизионного врача, эту красивую записку:

и убыл в Североморск. Знакомиться с Главным Токсикологом - Радиологом Флота. Уточнив предварительно, будет ли Александр Альгердович на месте, у дежурного по медслужбе флота. Погода была хорошая, настроение боевое и вскоре я сидел уже у полковника медслужбы в кабинете. Естественно, с гербовой печатью войсковой части 09602 во внутреннем нагрудном кармане. Её выдал мудрый начштаба Ручкин. Чтобы два раза не ездить. Ну познакомились, да и обосновал я свою точку зрения. Устно:

-"В трюме работ нет, пребывание личного состава исключено. А если оставить всё как есть, то лодку никогда не отмоют и не починят".

А в ответ выслушал резонное - готов ли я мол под всем этим подписаться. Готов, и печать есть - ответил я. Кмитто А.А. широко улыбнулся и собственноручно "добил" мои обоснования на тыльной стороне предоставленных документов, да и распечатал на принтере. Я расписался, поставил печать. Хотя и не положено - заверяется минимум подпись начштаба, но выглядит солидно. Да и хрен отмажешься, если что. Люди разные, и людишки среди них встречаются - поэтому какие обиды с моей стороны? И тут неожиданно полковник предложил попить чаю и побеседовать. Я не отказался, на свою голову. Через минут пятнадцать мы уже яростно спорили.

Хорошо хоть дуэль не устроили, как в известном художественном фильме: -"Да, одно место из блаженного Августина, по поводу которого мы не сошлись во мнениях, - сказал д'Артаньян."

Я - за шило при производстве радиационно - опасных работ. Медик, естественно - за таблетки. И чуть серьёзно ведь не посрались: -"Ну и пей своё шило, хоть залейся! А мне скажи - жрите свои таблетки, товарищ полковник! Ну, скажи?!!"

Тут уж, блядь, мне пришлось включить реверс - ну помоложе ведь я всё - таки! А годковщину на флоте ещё никто не отменял. Разошлись нормально, а потом, приезжая с проверками на "Выдру", Александр Альгердович, увидев меня всегда улыбался. Глазами. Они у него прям так и вспыхивали озорными искорками. Почему - то))).

Затем подписание всех разрешающих документов было возложено на 1033 ЦГСЭН КСФ (санитарно-эпидемиологический надзор), расположенный в городе Мурманске. Делать нечего – поехал знакомиться. Первый раз прибыл очень рано, на первом автобусе. Попиздел за жизнь с дежурным по части Александром Васильевичем, простым мужиком, из мичманов. Ставшим впоследствии офицером. Узнал кто есть кто, все "входы и выходы". Командовал войсковой частью полковник медицинской службы М. Гаврик. Документы подавались через строевую часть с сопроводительной запиской, учитывались. Один экземпляр сопроводительной с отметкой "входящий №" забирался на дивизион. Иногда, правда, процесс приходилось ускорять. Первично занимавшиеся рассмотрением моих документов майор м/сл. Куханов Александр Владимирович, а впоследствии майор м/сл. Сергеева Оксана Александровна всегда шли навстречу моим просьбам. Доверяя мне и понимая, что если я говорю, что время не ждёт – значит оно так и есть. И то что кататься туда - сюда по маршруту Мурманск-Полярный-Снежногорск для меня не только накладно, но и утомительно. За что огромное им спасибо. "Доброй фее Кондора" - особенно. Я однажды назвал так Оксану Александровну. Понимаете, когда женщина не только красавица, но и умница, это вызывает уважение. Как-то она нашла в моих расчётах ошибку и один лист (из пятнадцати) пришлось переделывать и привозить отдельно.

Для прояснения ситуации перед выгрузкой сожжённой активной зоны и проведения работ по снижению активности первого контура в 2002 году приехала группа гражданских спецов с организации НПП "Экоатом" под руководством замдиректора Ю.Сдержикова. Начхим что-то промямлил и был направлен командованием лодки на… гмм… за документацией. Командир БЧ-5 и комдив-раз трудились в реакторном отсеке. Пришлось мне, вытаращив глаза и сделав умное лицо звиздануть что-то вроде:

-"Да хули непонятного? Реактор мощный! Таблетированный наполнитель, ТВЭЛ*ы типа "скрученный крест"? А последние замеры радиационной обстановки и анализы воды первого контура - вот они!".

Гражданские с интересом стали разглядывать ксерокопии документов, мельком взглянув на меня с уважением. А я подумал -"Бляяя, учиться ведь опять надо!" И пришлось изучать реакторы третьего уже поколения. Перед этим изучал второго, благо было у кого спросить - наши помощники НЭМС*а Андрей Шульгин и Лёша Колокольников были специалистами в этом вопросе. Очередная беседа начиналась примерно так:

-"…Мужики, а вот, бля, БОиР - и что это ещё за хуйня?!!"

-"Женя, это не хуйня, а блок очистки и расхолаживания!"

Где-то через полчаса: -"Хммм, какая интересная штука!"

-"Ясный пень, Женя, а ты думал на твоём любимом реакторе ВМ-А первого поколения развитие техники в тысяча девятьсот шестьдесят лохматом году остановилось?!".

Прибыл я однажды на "Кондор", а ничхим мне докладывает, что "управленцы" скоро откажутся нести вахту на ПУ ГЭУ. Серьёзно, мол, переоблучаются. Пришлось этим же вечером дать команду дежурному по кораблю запереть меня на часик-другой в реакторном отсеке. Посидел, почитал книжку. Наутро весь экипаж уже всё, естественно, знал. Никаких попыток "бунта" "переоблучаемых" после этого никогда не наблюдалось.

Инспекция УГН ЯРБ и Химслужба флота бульдожьей хваткой вцепились в не источники даже ионизирующих излучений для проверки АРК, а в бленкера стационарной установки дозиметрического контроля КМК-1-05. Бленкера при Союзе вообще не учитывались. Потом началось... Свёл концы с концами, продлил срок их использования сам. Заодно освежил свои познания в этой области. Знаете, как отличается знающий этот вопрос начхим от начхима - долбоёба? Очень просто. К примеру - ИИИ марки 4С0-215. Или 1С0-123. Долбоёб читает "Эс О". Знающий "Эс Ноль". А для продления ресурса эксплуатации источников и бленкеров надо пересчитывать активность каждого на момент составления акта. Это вообще-то не сложно, если знаешь как. Но изотопный состав разный, а всего их было 85 штук… пришлось серьёзно поебаться, если короче.

После выгрузки аварийной активной зоны пошли бесконечные отмывки систем и трубопроводов первого контура. Поначалу дело шло не очень. И как-то нашего НЭМС*а накрыла интереснейшая мысль:

-"А вдруг вообще ничего не получится и что всем (ну и ему, в первую очередь) за это будет?"

Он ей тут же поделился с НШ и Ручкин вызвал меня в свою каюту, естественно, поинтересовавшись, что я об этом всём думаю.

-"Всё будет в полном порядке!" – ответил я. -"Обоснуй". -"Пока не могу. Можете считать это интуицией" - ответил я. -"Хорошо." - подумав, ответил НШ - "Завтра с утра побеседуй с военной приёмкой и сразу ко мне".

На мой вопрос один из хорошо знакомых мне ярчайших представителей 5595 ВП МО РФ широко улыбнулся и сказал:

-"Женя?! Если мы иностранцев наёбываем, неужели перед родным ВМФ не отчитаемся?!!".

Я всё дословно передал Владимиру Николаевичу. В результате с отмывкой всё получилось как положено и никого никому наёбывать не пришлось.

Серьёзнейшую помощь в ремонте ВиС РХБЗ оказала Гаджиевская СРБ и её командир капитан 1 ранга Позырайло Сергей Викторович лично. Затем проявили профессиональную гордость и рвение (наконец - то) и видяевские спецы из службы радиационной безопасности господина Левченко.

Флагманский же химик седьмой (родной для "Кондора") дивизии, юное дарование, попытался поиграть со мной в забавную игру: "Тридцать седьмой год. Кто первый добежит до телефона и заложит", но у него ничего не вышло. Опыт не пропьёшь, знаете ли. Закончилось всё пятиминутной примирительной беседой меня и командира седьмой дивизии на кормовой надстройке пла "Даниил Московский", прибывшей в ремонт, в присутствии Владимира Ивановича Мельникова, моего начальника штаба (он сменил Ручкина).

-"…Одно дело делаем, и я эту войну не начинал!" - сказал я.

А комдив-семь капитан 1 ранга Юлдашев, с интересом оценив мой "пропуск в баню женскую" - "песочную" медаль первой степени (см. моё стихотворение "Пятая медаль"), и предварительно побеседовав с капитаном 1 ранга Мельниковым, тоже выходцем из когорты видяевских командиров пла; взял с меня слово больше грифованные шифртелеграммы в химслужбу флота не отсылать. Пообещав, что и его флагманский химик гадить мне не будет. На этом игры и закончились. Чему я был несказанно рад. Поскольку когда человек занимается делом, на занятия хуйнёй времени у него не остаётся. Ну а если остаётся - мудак он, а не офицер.

Когда же пришло время, и нужно было вступить в должность командира БЧ-5 "Кондора", подставив свою жопу под Инспекцию УГН ЯРБ, на это пошёл только Толя Гончар. Я упоминал его в рассказе "Сто Сорок Первая в моей жизни". Толя не испугался. По результатам инспекции, естественно, был снят с должности. Что само собой предполагалось заранее. Но на пенсию пошёл капитаном 2 ранга и с хорошим тарифным разрядом. Я чётко помню разговор с ним:

-"...Женя! На этой лодке более тысячи забортных отверстий. И состояние многих из них, мягко говоря, до сих пор хуёвенькое... О чём тут дальше разговаривать?!!"

Начхим КСФ контр - адмирал Денскевич сказал мне сразу и честно, глаза в глаза:

-"Лапшин! Если ремонт будет проёбан по твоей вине, я с тебя голову сниму...".

И я "дядю Сашу - Адмирала" прекрасно понял - какие тут могут быть обиды?!! Как-то он заехал ко мне на "Выдру" без предупреждения. Точнее, система оповещения о его приезде не сработала - мой однокашник Серёга Елсаков, замначхима флота в ту пору, был в отпуске. А я за обедом пизданул три буквально стопки на сон грядущий. Да и залёг в свою "берлогу" - новую каюту:

Только не такой парадно-весь-бля-красивый, а в любимом "платье РБ" (спецодежде подводников).

Но поспать планируемые два часа не удалось. Только я лёг - звонок! Кто говорит?.. Неправильно - не носорог! А дежурный по штабу: -"Геннадьич, у рубки дежурного тебя ждёт контр-адмирал Денскевич!" Хуле делать? Ополоснул я ебосос, пожевал по дороге жвачку. Знаю, запах ещё сильнее, но пахнет приличнее. Да и явился через пару минут под светлы очи Александра Владимировича. Хотел написать - в чём мать родила. Но нет, "РБ", хотя и жёванное, выглядит получше. Да и Александр Владимирович сам подводник - ему глаза не режет. Доложился и повёл его в свою каюту. Он говорит:

-"Вот решил я служебное совещание у тебя в каюте устроить, я надеюсь, ты не против?"

Дядя Саша постоянно меня при встрече подкалывал, а я в ответ был обязан быстренько отшутиться. Ну а как иначе? Не может же каптри подъёбывать в ответ контр-адмирала? У меня получалось. И это, похоже, его здорово веселило. Ответил я и в этот раз:

-"Нет. И даже прошу Вас присесть в моё кресло".

-"Ого, какая щедрость! Не боишься, что подсижу?"

-"…Вы кофе будете? Есть заварной, растворимый и в зёрнах!"

-"Ну давай заварной!" - ответил начхим флота.

И добавил, внимательно рассмотрев нашу кают - компанию у меня из-за спины (дверь в дверь):

-"Нихуя себе ты тут устроился!!!"

-"Не жалуюсь!" – ответил я. Ну и так далее.

Замечу, про мой запашок изо рта ни слова. Слава Богу, вышестоящие товарищи химики всегда оценивали меня по другому критерию. По результатам моей работы. Пока дядя Саша проводил совещание, а точнее разъёбывал двух старших офицеров моложе меня (из Видяево и Западной Лицы, на последних "Кондор" тоже замыкался) я успел продемонстрировать ему образцовый учебный ИП-6 (правда, по дороге из шхеры тщательно вытерев с него рукавом пыль). Доложить расположение заводских цехов в эллинге и номера их телефонов. Освежить в гостевой кружке кофе. И выслушать много чего интересного. Например:

-"…А почему я в седьмой дивизии таких (учебных) ИП-6 не вижу? Ему, долбоёбу старому (это мне), по вашим же лодкам утилизации лазить в ватнике не лень?! А вы, блядь, разожрались на казённых харчах, и подводников только к себе в кабинет вальяжно вызываете?!!"

Отпустив порядком взмокших коллег по специальности, Денскевич потребовал мой ЖБП, сделал историческую запись (см. мой рассказ "Пенсия"), ну и взбодрил меня напоследок. Так, не сильно, можно сказать даже ласково. А затем было совещание в заводоуправлении.

Шёл срыв сроков ремонта из года в год. И бесконечные совещания по этому поводу.

В этот раз в конференц-зале заводоуправления СРЗ "Выдра" слово взял сам Начальник технического управления КСФ:

-"…Кому ещё не понятно, что эта лодка НА ПРЯМОМ КОНТРОЛЕ У ПРЕЗИДЕНТА?! А вы, многоуважаемые гражданские, что улыбаетесь? Думаете за нашими спинами отсидеться? Ничего не выйдет – снимут с должности всех. И меня тоже...".

На этом совещании, я абсолютно точно доложил что-то умное и важное. Только вот что конкретно я пизданул - честно говоря, не помню. Скорее всего, про компрессор и систему ЭХРВ. И про затекающее в воздушную систему масло. И как товарищи подводники планируют с этим бороться. Мой флотский шеф по специальности сидел и довольно улыбался. Ну а я заранее, естественно, подготовился - на моей 149 -ой никакой электрохимической системы регенерации воздуха в помине не было! Компрессор, требующий замены ("словил клина" - заклинило его нахрен), был уникальный - самолётный! Замена же ему удачно пролежала под открытым небом аж с 1989 года на центральном химскладе флота. В Росляково-2. Я просто вспомнил эту группу ящиков, когда мы его забирали. Были жёлтые. Стали пепельно - серые. Но! На СРЗ №35 заменили резинотехнические изделия и прокладки, продули его и... он устойчиво заработал! Вот жежь блядь, умели делать в своё время, при многими обсираемой сейчас по любому поводу и без Советской власти!!!

Не выдержало сердце у директора завода Стеблина Павла Григорьевича. ( https://vk.com/nerpa_news?w=wall-65242028_8316 ). Человек умер прямо на пла "Кондор", на койке дежурного по кораблю. Прилёг на часок передохнуть, и уже не проснулся. Он как будто предчувствовал свою смерть и буквально за несколько месяцев до этого указал место, где его нужно будет похоронить. Его последняя воля была исполнена. Он захоронен в Сайда-губе, на вершине сопки, с которой как раз хорошо видно реакторные отсеки утилизированных на "Выдре" пла. Я, как и другие офицеры дивизиона, стоял у его гроба в почётном карауле. Был зверский мороз, но попрощаться с Павлом Григорьевичем пришёл весь город Снежногорск. Люди шли и шли, семьями, с детьми. Чтобы отдать дань памяти человеку, в непростое для страны время не давшего городу и заводу зачахнуть и умереть. По окончании траурной церемонии были поданы автобусы. Я по ошибке сел не в тот, который нужно. Попросить водителя остановиться счёл неприличным. Из Сайда-губы на дивизион пришёл пешком. Впрочем, как Вы уже знаете из рассказа "Моя 149 -ая. Видяево", совершать длительные пешие переходы для меня было уже привычкой.

Пару слов по личному составу химслужбы "Кондора", с которым приходилось решать многочисленные задачи ремонта.

Вопросов была уйма. Простейший пример - валик цифропечатающего устройства комплекса многоцелевого контроля КМК-1-5. Они уже не изготавливались (производитель в "ближнем зарубежье"). Сраный блядь резиновый валик, немного похожий на используемый при фотопечати чёрно-белых плёнок. Для разглажки фотографий на зеркале электроглянцевателя. У самого такой был, и купил я его в 1990 году за рубль двадцать пять копеек. Принёс – не подошёл по размеру. Ну нет его нигде на замену! Уже вконец отчаялись, и решили изготавливать самостоятельно. Поскольку не работает цифропечатающее устройство – значит вся КМК*шка не в строю. Значит, реактор вводить нельзя. Значит, пла из завода не выйти и в море не идти. Примерная цена вопроса - РУБЛЬ ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ КОПЕЕК (пусть и по ценам 1990 года) – нормальненько блядь?!! Но! Существует тайное братство начхимов (шутка). Ничего страшного и ужасного – я полагаю, многие специалисты оказывают друг другу помощь из-за профессиональной солидарности. Нашли! В ЗиП*е одного ОФИшного уже "стратега", а ведь весь Северный Флот фактически перед этим перерыли. Заслуга в этом не моя. Но огромное спасибо абсолютно незнакомому мне человеку – настоящему хозяину, заботливо сохранившему этот валик для "Кондора".

Кстати, в апреле 2005 года часть агрегатов СЭХРВ, требующих на "Кондоре" замены, были сняты и установлены с тяжёлых подводных крейсеров ТК-12 и ТК-13. 713 и 724 заказы, соответственно, это пла 941 -го проекта, в просторечии "Акулы", к тому времени были выведены из боевого состава флота и ожидали утилизации.

Второй начхим капитан-лейтенант Фатеев Александр Олегович. Отличный парень, работалось с ним легко. Но… один нюанс… Пил человек не больше других, но слишком часто попадался на глаза, кому не следует. После пуска реактора перевели с "Кондора" и вскоре уволили в запас. До пенсии ему не хватило полгода. Эх, Саша, Саша… Надеюсь у тебя теперь на гражданке всё хорошо. И есть что вспомнить. Нашёл же я тогда нужные слова:

-"Саша, на пуск реактора не останешься – в жизни же себе не простишь! А так хоть детям будет что рассказать!" Ну и ещё кое-что, не для печати.

А его командиру капитану 1 ранга Беляеву Алексею Юрьевичу я сказал:

-"У Вас есть другой начхим на пуск реактора? У меня - нет! Давайте дадим парню шанс?"

Но в Видяево за него замолвить словечко, похоже, было уже некому…

Третий начхим капитан-лейтенант Зимин Н.С. Отличный специалист, хотя и тоже молодой, настоящий НХС пла. Перспективный офицер. Я тогда чётко понял – что за такими парнями будущее. И на этом всё. В разное время на "Кондоре" служили техниками химической службы старшие мичмана Якубовский Руслан Иванович, Тополян Анушеван Борисович, Маркевич Сергей Иванович. Всем вышеперечисленным офицерам и старшим мичманам большое спасибо. Ну а Анушевану Борисовичу и Александру Олеговичу за эту красоту особенно. Это подарок. Я до сих пор ношу его с удовольствием:

Перед выходом ремонта на финишную прямую "Кондор" принял боевой плавающий экипаж. Заступил я как-то дежурным по дивизиону, ночью сделал запись в черновом вахтенном журнале центрального поста, да и поднялся с мужиками перекурить. Смотрю - настроение невесёлое.

-"В чём дело-то, мужики? В ремонте же передохнуть после морей безвылазных - вроде за счастье?"

-"Это да. Но нам получку и отпускные задерживают, семьи в отпуск отправить не на что!"

-"Да ладно?! Боевому экипажу?!!"

-"Да…"

Отправил молодёжь вниз да побеседовал с теми, кто постарше. Познакомились мы ещё в прочном корпусе, и я ответил на риторический вопрос:

-"Что делать - то, блядь, Геннадьич?"

Ответил креативненько. Поскольку вспомнил свои мытарства по этому поводу. Да и на блядский, реально охуевший видяевский тыл я затаил личную обиду ещё переводясь со 149 -ой на 192 -ую:

-"Хакеры на борту есть? Советую анонимно, из интернет-кафе выйти на администрацию Президента. А сможете - ещё выше! Естественно, я ничего Вам не говорил".

Хотите верьте, хотите нет, но вышли. И грамотно. Уж не знаю, премодуляция там не сработала или просто наверху был нужен реальный повод. Но, видимо, от незабываемой логической цепочки "Видяево – К-141" кого-то здорово дёрнуло. Мужики деньги получили. Всю видяевскую воровскую-тыловскую шайку-лейку разогнали к хуям. Рассказываю этот случай абсолютно без тени сарказма либо злорадства. Знаете, когда жизнь ставит всё на свои места и срабатывают фразы:

-"На флоте за добро - добро в квадрате, а за гавно - гавно в кубе" и -"Я не злопамятный. Но зло помню. А память у меня хорошая", меня это искренне и от души веселит.

Старший строитель заказа Лебедев Юрий Михайлович. Умнейший человек огромной силы воли. На него в последние месяцы ремонта в 2008 году было страшно смотреть. Осунулся до предела. Одна кожа да кости. Но выдержал. Выдюжил.

Однажды мне пришлось воспользоваться своей властью и письменно произвести запрет на производство работ, опасных в радиационном отношении. Мой комдив Соколов поначалу пытался отговорить меня от этой затеи, но услышав моё:

-"Товарищ командир! Я в тюрьму сам не сяду и Вам не дам…" сразу проникся важностью момента.

Перед финальной стадией - энергетическим пуском реактора приехал кто-то с "большого" (эскадры пла) штаба Западной Лицы, собрал всех предполагаемых участников событий в каюте Лебедева Ю.М. и сказал:

-"…Завтра очень ответственное мероприятие. Но, к сожалению у нашего штаба плановая проверка на…(читай - если реактор пизданёт - нас не будет - и мы типа не при делах)))… а за орденами в море сходить на "Кондоре" не рассчитывайте - список составлен (и не собирались)))… но обращаю Ваше внимание, товарищи, на важность момента…"

Тут уже меня начало реально короёбить и я решил уже сказать что-то в ответ. Но капитан 2 ранга Гена Лущенко (руководитель перезарядки реактора), офицер ПМ-12 меня опередил. Он резко поднялся и ещё резче ответил:

-"Не надо нас агитировать за Советскую власть! У Вас всё? Нам бы делом заняться…"

Впрочем, НЭМС эскадры капитан 1 ранга Лунёв Л.Н. на этом совещании даже не присутствовал. В целях экономии времени. И на пуск реактора остался. Без комментариев.

Вечером мой сосед через дорогу Батыр отмечал свой очередной день рождения с сослуживцами на борту ПКЗ-141. Я за стол не пошёл - вовсю шёл энергопуск реактора:

Всё окончилось удачно, но очень поздно. Домой я изначально не собирался, вот и присел с креветками, рыбкой, пивом (мужики оставили) и "ликёром шасси" собственного изготовления (варил из шила, найду рецепт - поделюсь) отметить это дело. Вскоре компанию мне составил Володя Кублицкий (на фото справа):

заскочивший с контрактниками на ПКЗ продукты получить на завтра - экипаж "Кондора" питался на лодке, штатно. А с утра на пла произошло, как потом оказалось, пустяковое впрочем - то задымление в турбинном отсеке (так классифицировал мудрый Комфлота, поскольку по слову "пожар" отчётные документы делать заебёшься) и я проклял всё. Впрочем, как и мой комдив Соколов - мы пообщались с ним пару минут на эту тему с утра.

Но делать нечего - я накинул ватник, взял пару человек ДВС и выдвинулся с десятью дежурными противогазами ИП-6 изображать аварийную партию. Не потому что мне делать было нечего или чтобы "дыхнуть" при случае на понаехавших проверяющих высокого ранга, а чтобы реально помочь в случае чего. Впрочем, в центральный я мудро спускаться не стал - нужен буду, вызовут - и попытался разобраться в ситуации, затаившись в ограждении рубки у входного люка. Выдыхая в основном через нос. Слышу обстановка рабочая - паники нет. Уже хорошо. И вдруг вижу поистине безумные глаза вылезающие на свет божий какого - то контрактника. Без комментариев: -"...Тащ, Вы вниз не спускайтесь ни в коем случае! У нас на "Пскове" (систершип) в 35 -ом заводе так же всё было - она (лодка) потом опять гореть начнёт!! Ёбаное блядь железо, чтобы ты сгорело нахуй!!!".

Про годковщину. Боевой частью пять в крайнем на моей памяти экипаже "Кондора" командовал капитан 2 ранга В. Прытков. Умнейший Мужик, настоящий специалист. Обратился я к нему в центральном посту подлодки с просьбой оказать помощь в решении чисто "механического" вопроса. А он мне в ответ: -"Извините, занят." -"Жаль" - ответил я - "Когда я при Союзе оставался за флагманского, механики к моим просьбам относились с бОльшим уважением!" -"А Вы какого года выпуска?" -"1989 -го, поступил в СВВМИУ со второй попытки." И тут офицер резко принимает строевую стойку и начинает докладывать: -"Товарищ капитан третьего ранга!.." -"Вольно!" – перебил я - "Ну так как, поможете?" Конечно же, моя просьба была удовлетворена.

Бандуркин Владимир Александрович – начальник СРБ СРЗ "Штиль". Человек имеющий огромный опыт в вопросах обеспечения РБ аварийного судоремонта (а не только утилизации). Я Саныча помнил ещё с лейтенантов. С ним был заключён срочный трудовой договор и он был назначен ВрИО начальника ОЯРБ СРЗ "Выдра" конкретно в целях эффективного и скорейшего вывода пла "Кондор" из ремонта.

Вся радиационно-опасная многолетняя эпопея окончилась крайне удачно. И, слава Богу, воспользоваться подобной красотой никому не пришлось:

Но буквально накануне швартовных испытаний начхим пла капитан-лейтенант Зимин доложил мне о серьёзнейшей проблеме.

- "Ты же знаешь, что я обязан доложить об этом по команде? Командование пла в курсе?" - спросил я.

-"Да" - ответил НХС.

-"Пошли покурим… заодно выскажешь свои предложения." - сказал я.

Перекурили и всё подробно обсудили. К моему огромному сожалению, я не могу Вам рассказать, о чём конкретно идёт речь. Скажу лишь, что я принял решение взять на себя личную ответственность. И никому ничего не докладывать. С начхимом мы оба прекрасно знали, что проверить наши предположения мы сможем лишь по результатам работы реактора в различных режимах. Поэтому я и остался на "Кондоре".

А потом лодка молотила гребным винтом лёд – пошли швартовные испытания. Капитан 1 ранга Лунёв Л.Н., командовал механиками подлодки в центральном посту. Он занимал должность НЭМС*а штаба эскадры Западной Лицы. И на мой взгляд он - просто Мужик. Очень много лично сделал для выхода лодки из ремонта, и чтобы не терять время на поездки домой и обратно, часто ночевал в каюте прямо на ПКДП-4, у борта которого и стояла пла. На его вопрос:

-"Почему посторонние до сих пор на борту (он имел ввиду меня)?" старпом "Кондора" капитан 2 ранга Шитиков широко улыбаясь, спокойно ответил:

-"Ему можно! Он заслужил…"

И добавил:

-"Женя, через 15 минут отходим и идём в Видяево. Ты с нами?"

-"Да нет уж, спасибо! Что мог - сделал, дальше уж сами, будьте любезны!"- ответил я.

Поскольку наши с начхимом Зиминым предположения полностью оправдались – с радиационной безопасностью всё было в полном порядке, из прочного корпуса я вылез абсолютно счастливый. С интересом наблюдая, как винт подводной лодки, которой я за столько лет отдал кусочек своей души, хреначит волну во все стороны, меняя обороты, я перекурил и отправился на ПКЗ. Не помню зачем зашёл в строевую часть, и сказал леди С., в которую был тогда всерьёз влюблён:

-"Ведь многие сомневались! А Наша Титановая Красавица лёд по заливу гоняет!"

-"Вот так вот! " - ответила Она. В очередной раз мне улыбнувшись и одарив меня своим неповторимым лукаво-нежным взглядом.

Забавный случай. Я пообещал, при свидетелях, что платочком буду махать. Когда время придёт прощаться с "Кондором". А мужики вспомнили моё давнишнее обещание! Я стыдливо вышел на шкафут и махнул пару раз, да и забыл про это дело. А стоявший дежурным по штабу старший мичман Сергей Иванович подхватил инициативу и махал платочком ну ооочень долго. Пока его не остановил звонок какого-то там крутого сверхбдительного начальника:

-"Народу полный пирс, ждём телевидение, что вы себе позволяете?!".

Ну не знаю, как там с телевидением, а вот Вам момент ухода "Кондора" из бухты Кут в основной пункт базирования:

P.S. Подверился на всякий случай, хорошо есть у кого, самому уж очень интересно стало:

- "Молотит ли сейчас винтом "Кондор"?"

Ответ:

-"Да!"))).

Разрешите поздравить Вас, мои уважаемые читатели, с Наступающим. И пожелать Вам, помимо крепкого здоровья и всего самого-самого наилучшего; также и то, чтобы и в Вашей жизни было большое и важное дело. Неважно, в какой области человеческой деятельности. Главное, чтобы Вам приятно было про него вспомнить и рассказать при случае. Как сегодня мне.

 

Приложение №1. О доверии. После вышеописанной первой поездки (знакомства), больше никаких печатей на документах, подписываемых Александром Альгердовичем, ставить не пришлось. Достаточно было моей подписи.

Приложение №2. Что бывает, когда командир с шашкой наголо бросается защищать своего бездельника начхима, не разобравшись в ситуации. 

Я доказал свою правоту, конечно. Но делать мне это было крайне неприятно. Я решил добавить "ein Tropfen Wermut im Freudenbecher" в свой рассказ Приложением №2. Поскольку иногда работать по ремонту "Кондора" было совсем не радужно.

Приложение №3.  Сегодняшняя (23.05.21) ссылка: ( https://www.youtube.com/watch?v=enD5n2YrmHE ). Мой комментарий: А холодильник в каюте командира пла "Нижний Новгород" остался тот же самый! Есть одна история, с ним связанная ))).

.

Дорогой читатель! Будем рады твоей помощи для развития проекта и поддержания авторских штанов.
Комментарии для сайта Cackle
© 2021 Legal Alien All Rights Reserved
Design by Idol Cat