Знаете как иностранцу завоевать Россию? Походом на Москву? Не-а. Для того, чтобы завоевать Россию ему надо стать русским. Примеры? Их есть у меня: Лермонт, Беринг, Брюс, Маклай, который Миклухо…

Вот такой, насквозь умозрительный случай «завоевания Руси» я сейчас вам расскажу, а вы сами определите, насколько он реален. Имена, персонажи и события, конечно, тоже вымышлены, как в прочем и всегда.

Мы познакомились с ними на райском карибском острове. Неподалеку от нас на пляже отеля расположилась красивая пара. Для того, чтобы вам было проще понять как они выглядели вот вам простое сравнение: Аль-Бано и Ромина Пауэр. Кстати, моему герою не раз говорили, что они очень похожи на этих эстрадных звезд, а он не понимал о чем идет речь, так как не слышал их песен. В Германии они не были так  популярны как у нас.

На второй – третий день мы познакомились с ними. Оказалось, что его зовут, например, Йоган  и живет он в небольшом австрийском городе, недалеко от немецкой границы. Врач – стоматолог, своя клиника, все дела. Кроме этого еще и натуропат. В Австрию переехал не так давно из родной Баварии, где, в ряду прочих дел, занимался политикой и был близким соратником Шредера в бытность того канцлером. Потом мой герой разочаровался в своем лидере и ушел, насколько я понимаю, так врезав дверью об косяк, что штукатурка посыпалась. Впрочем, об этом он рассказывать не любил, а я не расспрашивал.

Его жену звали простым русским именем Ирина и была она… вице-президентом австрийской Торгово-промышленной палаты. Не хреново так, да? Представьте себе Ромину Пауэр со степенью доктора философии и железной деловой хваткой. Когда она на своей голубой, единственной в Австрии «Панамере» подъезжала к зданию палаты, народ прилипал к окнам и, подвязав челюсти, выставлял оценки за ее выход из машины и проход до парадной лестницы. Помните как в фигурном катании? «Файф-поинт-найн, файф-поинт-эйт».

Отдыхали мы двумя парами со старыми друзьями и австрийцы незаметно влились в нашу компанию. А с кем им было еще дружить, когда вокруг одни американцы в шортах до колен со своими вечными пляжными кружками – термосами и гамбургерами?

Общаться с ними было очень легко на любые темы. Наша страна тогда только начинала отходить от девяностых и начала «нулевых», общих тем было множество. Отдельно «доставляло» то, что они, ни разу не бывав в России, были просто наполнены стереотипами о нас и нашей стране. Ну там медведи, балалайки и ядерные реакторы. Чуть позже расскажу – посмеетесь. Мы, как могли, поддерживали реноме «безбашенных русских», но «в пропорцию», все же люди образованные и правила куртуазности знаем. Остров, кстати, райским был только по климату и только на территории отелей. В остальном – диккенсовская нищета и запредельная преступность. За несколько лет «до нас» американцев просто не выпускали за территории гостиниц, благо оны территории были ну очень большие и «олл инклюзив» по-американски. Значит – все напитки и еда круглые сутки и даже дайвинг бесплатный.

Но мы-то «не таковские»! С появлением русских за территории отпускать народ начали, но брали расписки, что мол «не виноватая я - он сам ушел». В общем, в один прекрасный вечер австрийцы сказали, что главная аниматор Дива, по совместительству местная звезда экрана, посоветовала каких-то офигенных лобстеров в ресторане на берегу. Мы, конечно, поддержали полезное интернациональное начинание и вместо ужина, ангажировав местного таксиста (черный как сапог, цепь и «йоу бро» через слово), поехали употреблять оных гадов с местным пивом. Таксист довез нас до места и остался ждать на парковке, чтобы забрать назад.

Ресторан оказался действительно экзотическим. Пляж и безумно красивый, светящийся изнутри ночной океан, а на краю пляжа… будка вроде наших советских пунктов приема стеклотары – кухня, барная стойка и лохматая проводами берлога диджея. Из двух верхних углов будки торчат внушительные матюгальники колонок с вечным регги. По пляжу натыканы тут и там дощатые грибки, которые вы можете наблюдать во всей красе в наших детских песочницах. У грибков – лавки. Из романтики – редкие факелы недалеко от воды, почти по линии прибоя. Все. Описание интерьера закончено. Но чего не отнять, лобстеры были действительно близки к идеалу. Поджарены как надо, без горелого запаха. Со специями. В отличном кисло-сладком соусе без привкуса уксуса, да еще и в окружении всяких лущеных мидий, креветок и прочих морских козявок. С местным, так себе, пивом. В целом – праздник чревоугодия. Наелись до отвала, потанцевали на песке, побродили по прибою. В общем, международная встреча прошла в атмосфере всеобщего взаимопонимания. Пора было и честь знать, тем более, что и в отеле бар что надо и океан, в целом, такой же, если не считать иную конфигурацию волн.

Таксист меланхолически ожидал нас на парковке. «Пятьдесят баксов»: заявил он, обозначая цену на возврат наших объевшихся организмов в отель. Блин, туда было пятнадцать, оттуда – пятьдесят. Русская душа такого не принимала категорически, о чем было тут же сказано на ломанном английском. Водила пустился в объяснения, что между нами и отелем деревня, а в деревне хулиганы, гоблины, орки, драконы и вообще ужас что творится. Мы посмотрели на него как на идиота, и заявили, что сегодня он пролетел мимо денег. Немцы сомневались, но мы подхватили их под руки: мужская половина русской части – Ирину, женская – Йогана и направились на вечерний променад по центральной улице села в точности как в русской поговорке: «Неужели нам ребята по мордам никто не даст?» Навстречу попадались несколько раз стайки молодых аборигенов, числом до пяти туловищ, но выглядели они хлипковато. Расступались  и мы проходили сквозь них как сквозь болотную ряску, особо не обращая внимания. Насколько я понимаю, именно они составляли основную опасность для американских обитателей отелей, но для нас встречи с такими стайками были делом насквозь житейским и знакомым с молодости. Тут главное не стесняться и идти напролом – обязательно расступятся. Стоит попробовать обойти – привяжутся. В общем, уверен, все понимают правила поведения. Мы так и шли. Говорили громко, пили пиво из бутылок. Местная молодежь расступалась. Вдоль обочины за нами ехал таксист и время от времени снижал плату за проезд оставшегося куска пути до отеля и неизменно получал один ответ: «Извини, мужик, ты сегодня пролетел мимо денег, с нами такое не катит». Так он и дополз вслед за нами до стоянки отеля, где и приткнулся на ночевку. В следующие разы мы с удовольствием пользовались его услугами и плата «за обратно» всегда равнялась плате «за туда». Кстати, будучи на этом райском острове много раз, мы пришли к выводу, что к русским местные относятся уважительно потому, что мы видим в них таких же людей, как и мы сами, и на цвет кожи нам плевать не «формально-толерантно», а по сути. Американцы вроде вежливы, улыбаются, но за всеми улыбками сквозит нутряное разделение людей на сорта. Причем кто тут человек первого сорта чувствуется сразу. Ну и страх «элоев» перед «морлоками», конечно.

Подтвердилось это особенно ярко, когда знакомая молодая пара из Москвы за двадцать унылых енотов договорилась с местным таксистом и поехала кататься по всему острову. Они были на каких-то безумно красивых водопадах, в джунглях, на плантации марихуаны, в гостях у таксера. Мотались туда – сюда целый день, попутно угощая драйвера в местных забегаловках. «Опофигеем» было участие в деревенской свадьбе, где прекрасная половина русской пары помогала жениху завязать галстук, так как тот сам не умел. Приехали они заполночь, пьяные, веселые, увешанные какими-то сувенирами и молодой таксист, который их возил, с тех пор также стал «нашим».

Но что-то я отвлекся от наших немцев. Следующим эпизодом моего знакомства с Йоганом стало то, что он… спас мне жизнь. Правды ради скажу, что спасал не только он, но я понимаю, когда вокруг меня, отключившегося, суетились жена и ее подруга-врач, но вот немец, с которым мы были знакомы несколько дней… В общем, дело было так. Я, как у многих водится, на пустом месте поругался с женой и пошел в ближайший бар, выпить виски. Как вы помните, мы, в отличие от американцев, по поводу местных не комплексовали. Зашел, притулился к стойке, заказал «Джонни Вокер блэк дабл ноу айс», хлебанул по-нашему, по-бразильски.  Дальше, как в кино: очнулся – гипс (зачеркнуто) реанимация местного госпиталя. Повествую со слов очевидцев, наблюдавших за действиями моего автопилота. Пришел в номер своими ногами, залег в ванну, включил гидромассаж, но воду не пустил и вырубился. Начались судороги. Периодически открывал глаза, смотрел на окружающих, не узнавая, нес ерунду. Жена всполошилась, сбегала за подругой – врачом. Мимо проходил еще один врач, Йоган: сразу присоединился. Наскоро сформировав реанимационную бригаду, они втроем пытались меня откачивать. Йоган выполнял большинство практических мероприятий: делал какие-то массажи, давил мне на специальные чувствительные точки. Ничего толком не вышло. Вызвали скорую. Йоган с женой поехали со мной на скорой в госпиталь. По дороге также что-то со мной делал, не давал совсем «отрубиться», видя, что я подаю признаки жизни. Довезли, положили в реанимацию, сделали анализы. Начали промывать кровь. Очнулся я в середине ночи от холода, с капельницей в вене, под пищание кардиографа (или что там у них) над ухом. Утром выписали. Анализы не показали ничего. Алкоголя в крови немного. Наркотиков нет. В чем дело - не ясно. С жены поначалу взяли сто долларов за услуги, так как «торчков» по страховке не обслуживают, но как только анализы показали, что я «сухой как лист», деньги вернули.

Йоган с женой приехали за мной часам к десяти утра. Меня выкатили на кресле-каталке, хотя я вполне сам мог дойти. Дали файлик с несколькими листочками, содержащими список того, что со мной делали и ласковый напутственный пендель. Совместный консилиум в составе Лены (подруги жены), уролога высшей категории и Йогана, стоматолога со своей клиникой в Австрии разошелся в мнениях, что со мной произошло. Отечественная медицина склонялась к микроинсульту, немецкая – к солнечному удару гиревой мощности. Дополнительной неприятностью стало то, что, как оказалось, я частично потерял память. На моем жестком диске обнаружились «битые секторы». Вот такой бонус. Я было приуныл, но оказалось, что это временно. Через три дня почти все вспомнил. Все это время Йоган меня регулярно осматривал, мерил пульс, заглядывал в глаза, определял какие-то реакции. Боялся, что снова «шандарахнет». Мне повезло, через три дня был «огурцом». Но осадочек остался. Жена, конечно, боялась за меня жутко. По приезду в Москву направила меня на МРТ к знакомым врачам в Склиф. Там-то меня и просветили. Те самые эмэртешники, кстати, отставники из Военмедакадемии, посмотрели снимки, покопались в моей голове, выслушали грустный рассказ, расспросили и поставили практически однозначный диагноз. Оказалось, что мои симптомы: сознание то «уходит», то снова «всплывает», а после промывки крови физраствором восстанавливается и временная потеря памяти после всего этого «аттракциона», в точности соответствует тому, что они периодически наблюдали у себя на дежурствах. Отравление барбитуратами. Проще: клофелином. Помните, был такой способ грабить простофиль в поездах. Подмешивали клофелин в водку – «Джонни Вокер блэк дабл ноу айс», человек засыпал, просыпался – кошелька и чемодана нет. Это если подмешали «в пропорцию». При передозе – потеря памяти, вплоть до полной. При сильном передозе – «мементо мори». В общем, слухи о зашкаливающей преступности на райском острове оказались не совсем слухами. Мне повезло, что я, пройдя военную подготовку в смысле употребления внутрь спиртосодержащих жидкостей, оказался крепок – сам дошел до номера и окончательно вырубился там. Дальше все зависело от своевременной медицинской помощи и поддержания меня в должном «тонусе», когда сознание «всплывало». Эти я обязан моему немецкому другу, сидевшему со мной с полудня, когда меня траванули до полуночи, когда в реанимации я пошел на поправку. Как видите, у меня есть все основания быть ему благодарным за спасение жизни, конечно вместе с Леной и моей любимой женой.

По результатам той веселой поездки на Карибы, мы пригласили наших новых друзей в Москву. Стоит сказать, что до этого они не были не только в России, но я так подозреваю, и в странах восточной Европы, вроде Польши. В этом смысле они оба были совершенно «незамутненными» людьми, что доставило им обоим полный комплекс новых впечатлений.

Через несколько месяцев, в мае, мы встретили Йогана и Ирину в Домодедово. Разместили у нас, предварительно сплавив детей к бабушкам. Надо было видеть, с каким интересом наши немцы смотрели в окна машины, когда мы везли их по Москве. Поскольку заранее нами была разработана программа культурных и бескультурных мероприятий, тем же днем вывезли их на Арбат. Сидя в летнем кафе с видом на уличных музыкантов, Ирина сказала: «Удивительно, у вас точно как в Европе». Оказалось, они на полном серьезе считали, что у нас что-то особенное в смысле экстерьера улиц и присутствия диких медведей, копающихся в мусорных баках. Я, конечно, утрирую, но из дальнейшего разговора следовало именно это. Как все же действуют на нас устоявшиеся стереотипы и телевизионно-газетная мозгопромывка!

Во время их пребывания в Москве мы, конечно же, сводили их в Большой, на Набукко. Историческая сцена тогда была закрыта на реставрацию, но гостям понравилось. Насколько я понимаю, для них это была своеобразная «галочка», как для нас миланская Ла Скала. Мне не нравится эта опера, но послушал с удовольствием и поиронизировал над новаторскими «находками» постановщиков. Набукко и его воины – в форме вроде эсэсовской. Евреи в робах вроде бухенвальдских. Но больше всего впечатлил верховный жрец. Он был одет в серое пальто, шляпу и пенсне. Вылитый… Берия. Берия, Карл! С эсесовцами! Неисповедимы помыслы либерального постановщика! В общем, когда он появился, я чуть не опозорил высокое звание слегка образованного русского перед немцами и не заржал как лошадь Ржевского. Я понимаю, что кому-то очень хотелось как-то притянуть за уши гнусненькую связку «мы не лучше фашистов», но получилось настолько ходульно и абсурдно, что эффект получился строго противоположным. Это было просто смешно. Впрочем, насколько я понимаю, наши гости этого не заметили и внимания на эту несуразность не обратили.

После спектакля мы вышли из театра и прогулялись до Тверской. Оказалось, что только что закончилась репетиция парада Победы. Мостовая явно дрожала, мимо нас ползли танки. Навстречу выехал «ползун» Тополь и низко урча так, что задрожали стекла в окнах здания Госдумы, повернул прямо перед нами. «Из ит наклеар?»: спросил меня Йоган. И получив утвердительный ответ, добавил также по-английски: «Очень страшно». Он убежденный пожизненный пацифист. Я ответил ему, что «ползуны» у нас не для нападения, мы вообще не применяли ядерное оружие в реальной войне, в отличие от «партнеров». Он искренне сказал, что понимает нас. Это было не дань вежливости хозяевам. Много раз после этого мы беседовали о войне и мире. Во время этих бесед я накрепко уяснил, что он, равно как и значительная часть интеллектуальной элиты Германии, разделяет именно нашу точку зрения и активно не согласны с американской. Впрочем, об этом чуть ниже.

Кстати, об английском. Начиная с первого знакомства и вплоть до прошлого года, мы с Йоганом общались по- английски. Он знал еще французский, кроме родного немецкого, а я немного знал итальянский, но единственной точкой соприкосновения оказался английский. Забавно получилось. На Карибах русский с немцем говорят по-английски. Впрочем, в прошлом году все изменилось, об этом я опять же скажу ниже.

Потом мы их водили в консерваторию, на Пасхальные концерты Гергиева. На Вагнера. Куда еще водить немцев-то? Ирина с моей любимой слушали и «тащились», а мы с Йоганом засыпали до антракта. Видя его «разомлелость», я легонько толкнул его в бок и прошептал: «Не боись, сейчас придем в норму». После звонка потащил его в буфет, что направо от входа в зал. В буфете – «Арарат» о пяти звездочках. С лососцем. «Накатили», в точности по Райкину и… Второе отделение прошло «на ура»! Вагнер, отлично! Не хуже Металлики!

Ну и «отполировали» мы первый визит наших немцев в Первопрестольную небольшим круизом по ночным клубам. Припали, так сказать, к источнику местного гламура.

В общем, отлично оторвались дней пять и проводили гостей в… Краснодар. После нас они летели к нашим друзьям, с которыми мы были на Карибах. Те были как раз с Кубани. Чем занимались немцы в Краснодаре неделю я точно не знаю. Однако через некоторое время, когда мы общались с Йоганом по Скайпу, он уверял меня, что лучший город в мире это, безусловно, Краснодар.

В общем, наш немец встал на путь завоевания России путем превращения в русского. Тогда мы еще не знали, к чему это приведет. Расскажу – не удивляйтесь.

В следующий раз мы встретились, когда они с Ириной прилетели к нам в Крым. Мы отдыхали там в  две тысячи двенадцатом году. Немцы приземлились в Одессе, взяли машину напрокат и доехали до Евпатории. Там мы пересели на машину жены и совершили четырехдневную поездку по Южному берегу Крыма.

Мы провезли друзей по Судаку, облазили старую крепость. Были в Новом Свете, пили шампанское в галицинских подвалах. В Ялте я очень хотел остановиться в военном санатории, в Ливадии, в историческом корпусе с видом на дворец. К сожалению, мы приехали в Ялту затемно, долго плутали и искали приемное отделение. В результате оказалось, что после семи администрация сворачивается и идет спать. Поразить гостей не удалось.

Переместились в гостиницу Ореанда на набережной – источник местного пафоса. Прогулявшись по вечерней набережной Ялты наши немцы с удивлением отметили, что она мало чем отличается от набережной Ниццы, «только яхт поменьше».

На следующий день мы были в Ливадийском дворце. Я показал друзьям тот корпус санатория, где хотел снять номера и они согласились, что да, тут было бы действительно круто. Потом был тот самый круглый стол. В двенадцатом году санкций не было и по дворцу ходило множество экскурсий. Какой –то полный итальянец, глядя на стол сказал своей спутнице: «Вот тот место, где поделили Италию!» Я очень удивился, узнав, что тут, оказывается, и судьбу Италии решали. Не удержался, повернулся к итальянцу и сказал по-английски, чтобы Йоган тоже понял: «Не только Италию, тут судьба всего мира решалась, вот мой друг, немец». Итальянец посмотрел на меня как на врага народа – не ожидал, что его кто-то поймет.

Потом мы долго ехали по горному Крыму и немцы все время восхищались местной природой. Находили, что она похожа на, почему-то Иорданию. Странно. Вроде там пожарче, посуше и покаменистее. Впрочем, им виднее.

В общем, когда их путешествие закончилось, Йоган сказал, что обязательно приедет вновь, и в который раз пригласил к себе в Австрию. Мы в который раз пообещали, что мол, вот-вот и прилетим. С тех обманываем его уже почти семь лет – так и не сподобились добраться.

Еще через некоторое совсем не продолжительное время, он вернулся в Краснодар и начал читать там лекции по стоматологии в качестве приглашенного профессора. Поначалу остановился у тех самых наших друзей, потом снял квартиру. У себя в клинике он практиковал какую-то хитрую канадскую методику имплантации, которой у нас в стране не было. Тут он хорошо пришелся «ко двору». Мы периодически, но не часто, говорили по Скайпу. Через некоторое время я узнал, что он стал жить на два города: частью в Краснодаре, частью у себя в городе, на границе с Германией.

Как я уже говорил выше, он не только стоматолог, но и натуропат. Занимаясь профессиональным образованием по своей второй специальности, он, еще не приехав в Россию, ознакомился с трудами доктора – космонавта Полякова. Я даже сказал ему, что могу, с большой долей вероятности, устроить им встречу через моих бывших однокашников по Академии. Часть из них на тот момент продолжала служить и контакты в Звездном у них наверняка были. Впрочем, до сих пор эта встреча не состоялась, но если он захочет – почему бы и нет.

Годы шли, через некоторое время, пролетом через Москву, он возвращался к себе в Австрию и мы вновь встретились. Оказалось, что за прошедший год они разошлись с Ириной. Тогда же я узнал от него, что лучший город на Земле это все же не Краснодар, а Анапа и что он всерьез собирается открыть натуропатическую клинику на этом курорте в партнерстве с профессором из Краснодара. В общем, чем дальше, тем длиннее становилось его пребывание на Кубани и все меньше в Австрии.

Говоря на разные темы, мы с ним, конечно же, затрагивали политику и историю. Как-то я рассказал ему, что какое-то время назад сформулировал «Великую русскую мечту». Несколько лет назад для меня было важно это понятие. Я думал, что у каждого народа должна быть мечта. Ведь нельзя же без нее! Причем эта мечта должна быть понятной и формулироваться буквально парой слов. В результате долгих размышлений я сформулировал ее. Я не претендую на истину в последней инстанции, но на мой взгляд, Великая русская мечта или ВРМ, звучит так: «Достичь звезд». В самом прямом смысле: освоение космоса.

Поделившись этой мыслью с Йоганом, я спросил, как он может сформулировать «Великую немецкую мечту»? Он какое-то время подумал и грустно сказал (передаю как можно точно к его словам): «Мы – оккупированный, «раскатанный в блин» народ. Великая немецкая мечта: «Выжить». Вот так просто. Оказывается Великая немецкая мечта  или ВНМ: просто сохраниться как народ. Они до сих пор не справились с последствиями той войны. Кто-то скажет: заслуженно. Может быть! Но всему есть время и всему есть конец. Сейчас они чувствуют, что они находятся под оккупацией. Под уже давно несправедливой оккупацией американцев. Их элита давно уже «держит фигу в кармане», ждет момента когда, наконец, американцы уберутся с их земли и они сами начнут распоряжаться своей судьбой и своей землей. Иногда наши соотечественники пеняют немцам, что мы отнеслись к ним как людям, сами ушли из Германии, позволили стране объединиться, а они так неблагодарно отнеслись к нам. Так вот, Йоган, как вы помните был политиком не из самых мелких. Он убедил меня, что они все помнят и все правильно понимают, но сейчас они находятся под таким жестким прессом и контролем, что просто не могут даже пикнуть что-то против англосаксов, которые достали их хуже горькой редьки. Впрочем и соглашатели, сознательные слуги американцев в их элите тоже есть, но на сколько я понял, первую скрипку играют все же не они. Вот такая грустная Великая немецкая мечта.

Кстати, насчет Украины и Крыма его мнение было однозначным и, думаю, вам вполне понятным. По его уверению, среди немцев оно очень и очень распространено. Для подтверждения он рекомендовал читать не только немецкую прессу, которую плотно контролируют из-за океана, но и комментарии под статьями. Но что-то я отвлекся.

Еще через год, он прислал мне скан своего немецкого медицинского диплома с переводом на русский и документ, подтверждающий, его квалификацию в России. Подпись под письмом была: Иван Вальтерович Александров. Его немецкая фамилия – Александер (фамилию я тоже выдумал, созвучно с его реальной). В общем, завоевание России моим другом завершалось.

Кстати, по поводу языка общения. В тот год он уже вполне сносно говорил по-русски, к радости моей любимой, чей английский «прихрамывает» уже который год.

Конечно же, нормальный русский мужик без хомута не бывает. Прошлой осенью он приехал, как все русские врачи, в Московский Институт стоматологии на повышение квалификации… с русской спутницей, с примечательным простым именем Любовь. Первый вечер мы душевно посидели на нашей кухне с бутылкой принесенного ими краснодарского Авторского вина. Когда Йоган со спутницей ушли, жена сказала: «Все, никуда теперь не денется - наш человек!»

Он очень боялся квалификационных экзаменов. Очевидно, у них в Германии в этом плане все очень серьезно. Я, немного зная кухню «повышения квалификации по–русски», старался его успокоить: мол у нас все немного по-другому, главное чтобы человек был хорошим и учился хорошо. Без подтверждения редко кто уезжает. В общем, квалификацию он подтвердил. Я же говорил: зря боялся.

В дополнение мы с женой устроили им с Любой культурную и бескультурную программы. В качестве культурной части – Пиковую даму в театре Станиславского. С удовольствием послушали «Пусть неудачник плачет» в исполнении невысокого полненького Германа, одетого почему-то в шинель Первой мировой войны. Они там все «косили» под царских офицеров начала двадцатого века и хрустели французскими булками. Впрочем, «неудачника» Герман выдал как надо, зал устроил искреннюю и долгую овацию. В качестве бескультурной программы мы отвели ребят в наш любимый джаз-клуб. В общем, оторвались несколько дней как надо.

В течение следующего года у Йогана были лекции в Краснодарском медицинском по его хитрой методике имплантации. Потом лекции в Питере. Несколько раз он был проездом в Москве. В общем, в длинном ряду обрусевших немцев наметилось вполне себе квалифицированное прибавление. Уверен, что наша страна приобрела в его лице отличного профессионала и человека, относящегося с искренней теплотой и любовью к населяющим ее людям и их обычаям.

В октябре этого года мы получили от него сообщение: «Мы с Любой женимся, приглашаем на свадьбу в Австрию»…